— Может, она… — начал Андрей и тут же замолчал.
— Что? Слетала в Сочи между лекциями?
— Я не знаю.
— А я знаю. Она врала тебе. Врала с самого начала.
Андрей откинулся на спинку стула.
— Что мне теперь делать?
— А мне что делать, Андрей?
— Оля…
Она подошла к нему почти вплотную.
— Послушай меня внимательно. Я терпела полгода. Терпела её «срочные собеседования», «важные встречи», «нужные поездки». Терпела, потому что думала: ты сам всё поймёшь.
— Я понял.
— Нет. Ты просто каждый раз выбираешь не видеть очевидного. А я больше не могу.
— Что ты хочешь сказать?
Ольга пошла в комнату и начала собирать вещи Даши: платьица, колготки, игрушки.
— Я хочу сказать, что уезжаю к маме. Вместе с Дашей.
— Оля, подожди!
— Нет.
— Ты не можешь вот так просто уйти!
— Могу. И ухожу. Когда разберёшься — позвони.
— С чем разберусь?
Она остановилась с детским чемоданом в руках.
— Со своей сестрой, Андрей. С детьми, которых она каждую неделю бросает на нас. С ложью, которую ты глотаешь, даже не пытаясь прожевать.
— Это жестоко.
— Жестоко? Знаешь, что жестоко? Объяснять четырёхлетней Даше, почему чужие дети для её папы постоянно важнее неё. Почему тётя Света опять оставила Полину и Вику. Почему папа всё время занят.
Андрей встал между ней и дверью.
— Не уходи так. Давай поговорим.
— Говорить больше не о чем. Ты знаешь, где меня найти.
Она обошла его и вышла. Даша шла рядом, крепко держась за мамину руку. У двери девочка обернулась и помахала отцу.
— Пока, папа. Мы скоро увидимся?
— Конечно, солнышко.
Дверь закрылась. Андрей остался один. В соседней комнате спали племянницы — чужие дети в его квартире.
На пятый день раздался звонок в дверь. Андрей открыл, думая, что это курьер или кто-то из соседей.
На пороге стоял высокий мужчина в джинсах и простой футболке. Короткая стрижка, спокойное лицо, прямой взгляд.
— Андрей?
— Да.
— Я Дмитрий. Бывший муж Светланы.
Андрей отступил в сторону.
— Откуда у тебя мой адрес?
— Полина написала мне. Она уже умеет пользоваться мессенджером.
— Написала? Что именно?
— «Папа, приезжай. Мы у дяди Андрея. Мамочка уехала».
Андрей молча пропустил его в квартиру. Дмитрий оглядел прихожую, коридор, детские вещи, сложенные у стены.
— Где девочки?
— В комнате. Полина читает, Вика спит.
— Сколько они здесь?
— Пятый день.
— А Светлана?
— В Сочи. С очередным мужчиной.
Дмитрий кивнул так, словно услышал именно то, чего ожидал.
— Я могу увидеть дочерей?
Андрей провёл его в детскую. Полина сидела на кровати с книжкой. Увидев отца, она вскочила и бросилась к нему.
— Папа!
Дмитрий присел и крепко обнял её. Девочка прижалась к нему всем телом, плечи её мелко дрожали.
— Привет, моя хорошая. Я очень скучал.
— Я тоже. Каждый день.
Вика проснулась от шума, потёрла глаза и уставилась на Дмитрия.
— Папа? — неуверенно произнесла она.
— Да, малышка. Это папа.
Она заплакала — тихо, почти без звука. Дмитрий поднял её на руки.
Они сидели на кухне. Девочки играли в комнате — впервые за эти дни оттуда доносился настоящий детский смех.
— Она говорила, что ты их бросил, — сказал Андрей. — Что не платишь алименты и не интересуешься дочерями.
— Я перевожу алименты каждый месяц. Могу показать выписки, квитанции, переводы.
— Ещё она говорила, что ты изменил ей. Ушёл к другой женщине.
Дмитрий горько усмехнулся.
— Развода захотела она. Ей надоела семья. Сказала, что хочет свободы и хочет искать себя.
— А дети?
— Дети остались с ней, потому что она так настояла. Я пытался добиться хотя бы равного участия в их жизни, но она блокировала всё.
— Как именно?
— Меняла номера. Переезжала, не предупреждая. Говорила девочкам, что я плохой и что я сам их бросил.
Андрей молчал. Всё, что он слышал, рушило картину, которую Светлана выстраивала годами.
— Почему ты раньше не обратился ко мне?
— Я пытался. Звонил тебе месяц назад, помнишь?
— Помню. Но Света…
— Что она сказала?
— Что ты настраиваешь всех против неё. Что ты манипулятор и лжец.
Дмитрий достал телефон и положил его перед Андреем.
— Вот наша переписка. Прочитай.
Андрей читал сообщения. Дмитрий писал: «Когда я могу увидеть дочерей?», «Полина не отвечает, с ней всё хорошо?», «Света, пожалуйста, давай договоримся о встрече». Ответы Светланы были короткими: «Не сейчас», «Девочки заняты», «Они не хотят тебя видеть».
И последнее сообщение — уже от Полины: «Папа, забери нас».
— Это она написала вчера, — сказал Дмитрий. — Я сразу поехал.
— Что ты намерен делать?
— Забрать дочерей. И сделать всё, чтобы такое больше не повторилось.
— Как?
Дмитрий достал из кармана визитку.
— Я связался с органами опеки. Они будут через час.
— Опека?
— Андрей, пойми. Светлана оставила детей на десять дней без законного основания. Без согласия отца. Без документов. Это фактически оставление детей без попечения. Я имею право забрать их.
Андрей откинулся на спинку стула.