Елена развернулась и спокойно, уверенно пошла обратно в спальню. Кислый запах перегара и грязной ткани вновь ударил ей в нос, однако теперь она почти не обращала на него внимания. С верхней полки встроенного шкафа женщина достала небольшую дорожную сумку из плотного материала, стряхнула с поверхности налипший пепел, положила её на край испорченной кровати и без суеты начала собирать самое необходимое. Документы, рабочие контракты, ноутбук, зарядка, небольшая коробочка с украшениями, которые она когда-то приобрела на собственные деньги, косметика из ванной и несколько комплектов чистой деловой одежды.
Услышав резкий звук застёгиваемой молнии, Сергей появился в дверном проёме. Поскольку Елена больше не спорила и не отвечала на его выпады, агрессия мужа начала понемногу уступать место растерянности. Однако раздутые самолюбие и гордость, а главное — присутствие сестры в соседней комнате — мешали ему остановиться и попробовать поговорить нормально.
— Это ещё что за дешёвое представление? — насмешливо спросил он, прислонившись плечом к косяку и сложив руки на груди. — Решила сыграть оскорблённую жертву и убежать к маме? Ну давай, собирай свои вещи и уходи. Только запомни: если сейчас переступишь порог и бросишь нас здесь, назад можешь не приходить. В моём доме я не собираюсь терпеть женщину, которая поднимает руки на мою младшую сестру и выставляет её на улицу.
— В твоём доме? — Елена на мгновение остановилась. Она аккуратно положила шёлковую блузку поверх документов и медленно посмотрела мужу прямо в глаза. Во взгляде не осталось ни раздражения, ни боли — только холодное равнодушие. — Серёжа, похоже, от сильного стресса у тебя появились проблемы с памятью. Эту квартиру я купила ещё задолго до знакомства с тобой и три года выплачивала ипотеку, работая почти без выходных. Мебель, техника, ремонт, практически всё здесь оплачено мной. Пять лет назад ты приехал сюда с одним старым чемоданом, где лежали два потрёпанных свитера, дезодорант и игровая приставка. И, поверь, уйдёшь отсюда примерно с тем же количеством имущества.
— Только не надо запугивать меня своими бумажками! — голос Сергея неожиданно сорвался. Он тут же выпрямился, потеряв всю прежнюю показную расслабленность. По лицу снова пошли красные пятна. — Мы официально женаты уже пять лет! Это совместно нажитое имущество! Я тоже сюда деньги вкладывал! Я ремонт помогал делать! По закону половина принадлежит мне!
— Ты вкладывался сюда своим присутствием? Или теми обоями в коридоре, которые сам же наклеил криво? — сухо усмехнулась Елена, застегнула сумку и перекинула ремень через плечо. — Завтра утром с тобой свяжется мой адвокат. Я даю тебе сутки — до завтрашнего вечера. За это время ты вместе со своей «интеллигентной» сестрой должен покинуть мою квартиру и забрать личные вещи. И советую вам вызвать хорошую клининговую службу и привести жильё в то состояние, в котором оно находилось до вашего праздника. Если я обнаружу повреждения техники, прожжённый паркет, порванную мебель или если квартира продолжит вонять как этот притон, я подам иск о возмещении материального ущерба. И можешь не сомневаться — взыщу с тебя всё до последней копейки.
— Да катись ты к чёрту, стерва! — взревел Сергей и отошёл в сторону, освобождая проход. — Думаешь, я буду за тебя цепляться? Да кому ты вообще нужна со своей стерильностью, бесконечными правилами и вечным недовольным лицом! Мы с Катькой и без тебя прекрасно устроимся! Снимем нормальную квартиру, где никто не будет постоянно выносить нам мозг!
— Вот и отлично, — спокойно ответила Елена.
Она вышла в прихожую и набросила на плечи лёгкое кашемировое пальто. Катя уже успела устроиться на залитом пивом диване, забравшись туда с грязными ногами. Девушка смотрела на Елену с наглой победной усмешкой, явно считая, что окончательно выиграла это противостояние. Елена даже не повернула голову в её сторону. Подойдя к тумбе у двери, она достала из сумочки запасную связку ключей и со звоном бросила их на стеклянную поверхность.
— Наслаждайтесь своей семейной гармонией в этом свинарнике, — спокойно бросила она и открыла дверь.
Тяжёлая металлическая дверь захлопнулась за спиной Елены глухим, окончательным звуком, словно поставив жирную точку во всей её прежней жизни. В подъезде было прохладно и пахло сырой штукатуркой с пылью, но после квартиры этот запах казался ей невероятно свежим и приятным. Елена глубоко вдохнула, поправила ремень сумки на плече и нажала кнопку лифта. Ей почти физически казалось, будто с плеч только что свалился огромный бетонный груз, который она годами таскала сама того не осознавая.
В квартире же неожиданно воцарилась тяжёлая, почти липкая тишина. Её нарушали лишь монотонные щелчки часов с кухни и приглушённый шум автомобилей за окном. Сергей неподвижно стоял посреди прихожей, растерянно разглядывая связку ключей, оставленную женой. Она тускло блестела в свете потолочной лампы. Адреналин, ещё недавно заставлявший его кричать и бросаться обвинениями, быстро исчезал. На его место приходили холодная пустота и неприятный, постепенно усиливающийся страх перед тем, что будет дальше. Сергей медленно осмотрел прихожую, грязные зеркала, окурки на полу, затоптанный ламинат. В нос снова ударил тяжёлый запах рвоты, сигарет и прокисшего алкоголя, и к горлу мгновенно подступила тошнота.