— Юра, неужели ты тоже был участником этого обмана? — Галина Петровна со слезами смотрела то на сына, то на его жену. — От неё я ещё могла такого ожидать, всё-таки человек со стороны. Но от собственного сына! Настя ведь могла нормально всё рассказать, объяснить, почему так поступает. Зачем же было тайком скрывать квартиру от семьи?
— Я не должна сообщать каждому родственнику, какое имущество покупаю и чем владею, — твёрдо возразила Настя, расправив плечи. — Эта квартира изначально приобреталась в кредит именно ради сдачи в аренду, а вовсе не для того, чтобы бесплатно селить туда гостей.
— Как тебе вообще хватает наглости такое произносить?! — сорвалась на крик свекровь. — Зинаида вынуждена была экономить даже на медикаментах, ночевала в какой-то тесной комнатушке! Неужели так трудно было предоставить ей квартиру хотя бы на несколько дней? Она ведь родная тётя!
— Галина Петровна, пожалуйста, поймите, что это моя работа и мой источник дохода. Деньги, которые платят постояльцы, уходят на погашение ипотеки. Если ради каждого родственника я стану отменять уже подтверждённые бронирования, то понесу финансовые убытки, испорчу рейтинг на площадке и подведу клиентов, которые заранее внесли оплату.
— Выходит, деньги для тебя важнее родственных отношений? — с горечью спросила Галина Петровна. — Разве не для того существует семья, чтобы выручать друг друга?
— Мама, довольно! — Юрий впервые за долгие годы действительно повысил голос на мать. — Всё моё детство прошло среди нескончаемых семейных праздников и шумных посиделок. Каждые выходные превращались для меня в настоящее мучение. Стоило отказаться развлекать очередного приехавшего родственника, как меня тут же обвиняли в эгоизме. Теперь у нас с Настей собственная семья. Мы вправе самостоятельно решать, как распоряжаться временем, жильём и деньгами. Помощь близким должна быть добровольной, а не принудительной обязанностью!
— Возможно, нам действительно не следовало скрывать существование квартиры, — признала Настя. — В этом мы поступили неправильно. Но бесплатно предоставлять её родственникам я всё равно не собираюсь. Если кому-то понадобится жильё, могу сообщить о свободных датах и предложить аренду на стандартных условиях.
— То есть ты ещё и с родственников деньги брать собираешься?! Какое унижение! Ты поставила родных людей на одну ступень с чужими постояльцами! А ты, Юра, предпочёл собственной матери квадратные метры своей жены! — Галина Петровна резко поднялась и направилась собирать вещи. — Виктор, собирайся! Мы немедленно уезжаем! Отвези меня домой!
По дороге домой Галина Петровна практически ни на минуту не замолчала. Она то принималась плакать, то снова возмущалась, повторяя, что больше не узнаёт собственного сына, а Настя специально скрывала заработки, лишь бы ничего не доставалось многочисленной родне. Через несколько дней новость добралась и до Зинаиды Михайловны.
— Никогда бы не подумала, что Юрочка способен так поступить, — обиженно произнесла она, плотно сжав губы. — Совершенно чужих людей за деньги пускают, а родной тётке приходится искать, где переночевать!
В большой семье разгорелись споры. Часть родственников принялась осуждать молодую пару за глаза, обсуждая их жадность. Другие, напротив, негромко замечали, что Настя имеет полное право самостоятельно решать судьбу принадлежащей ей недвижимости. Через некоторое время Юрий первым набрал номер матери.
— Мам, может, встретимся и нормально всё обсудим? Только давай обойдёмся без криков, обид и взаимных обвинений.
— Разговаривать с тобой я стану лишь после того, как ты признаешь, что твоя жена поступила отвратительно! — ледяным голосом заявила Галина Петровна.
— Этого я признавать не собираюсь, — сдержанно ответил сын. — Мы с Настей готовы по мере возможностей поддерживать тебя и папу. Но требовать от супруги, чтобы она отдала свою доходную квартиру в бесплатное пользование всем родственникам, я не буду.
Минул примерно месяц. Галина Петровна немного успокоилась и вновь позвонила Юрию, на этот раз с осторожной просьбой. Одна из дальних племянниц собиралась приехать в областной центр, а остановиться ей там было совершенно негде.
— Может, ты всё-таки спросишь у Насти, не свободна ли её квартира в нужные дни? — с надеждой поинтересовалась мать, затаив дыхание.
Юрий передал телефон супруге. Настя открыла приложение, проверила календарь бронирований и ответила:
— Скажи, пожалуйста, маме, что на эти даты жильё уже занято. Гости всё заранее забронировали и оплатили. Зато я могу прислать несколько адресов приличных гостиниц поблизости.
Для Галины Петровны этот ответ прозвучал как новое оскорбление. Но Юрий на этот раз не стал ни оправдываться перед матерью, ни вступать с ней в спор. Уговаривать жену нарушить договорённости с арендаторами он также не собирался.
Ещё через несколько недель Настя и Юрий позвали родителей к себе на воскресный семейный обед. Галина Петровна долго сомневалась, демонстративно поджимая губы и вспоминая недавнюю ссору. Однако Виктор Андреевич, которому надоели бесконечные обиды, наконец высказался: