Я переехал в новый район, надеясь найти новых друзей и комфорт пригородной жизни. Однако никто не был рад меня видеть. Горожане избегали меня, а соседи подглядывали за мной из-за заборов. Однажды я обнаружил нечто такое, от чего у меня по спине побежали мурашки. Может ли это быть истинной причиной их враждебности?
Я только что переехал в новый дом, арендованный через агентство, в небольшом пригороде. Это был причудливый уголок с аккуратными лужайками и приветливыми домами.
Я надеялась на спокойную и дружелюбную жизнь, представляя, как соседи заходят поздороваться и приветствуют меня в обществе. Но этого не произошло.
С первого же дня я заметила холодные плечи. Люди не здоровались со мной и даже не смотрели в глаза. Как будто я была невидимкой. Я старалась не обращать на это внимания, но было трудно не чувствовать себя одинокой».
Однажды солнечным днем я поливала цветы во дворе, когда увидела маленькую девочку, которая ехала по улице на велосипеде. Ей было около семи лет, и ее косички подпрыгивали, когда она крутила педали.
Внезапно она потеряла управление и упала с велосипеда прямо перед моим домом.
«О нет!» воскликнула я, бросаясь к ней на помощь. «Ты в порядке, милая?»
Не успела я до нее добежать, как ко мне подбежала женщина — как я поняла, ее мать — и закричала: «Отойдите от нее!»
От испуга я замерла на месте. Мать схватила девочку с расширенными от паники глазами и крепко обняла ее.
«Ты ранена, Дженни? Она тебя трогала?» — судорожно спросила она, глядя на меня так, будто я представляла какую-то угрозу.
«Я просто хотела помочь», — тихо сказала я, чувствуя комок в горле.
Мать ничего не ответила. Она взяла дочь на руки и поспешила прочь, оставив велосипед позади.
Я стоял на месте, растерянный и обиженный. Я заметил, что одна из соседок, Джулс, выгуливает свою собаку возле моего дома. Она все видела.
Жюль была необычной женщиной. Она всегда носила длинные юбки, ее глаза были накрашены голубыми тенями, а губы — розовой помадой. Она смотрела на меня с выражением, которое я не мог прочесть.
«Добрый день, Джулс», — позвала я, стараясь казаться бодрой.
Она не ответила. Вместо этого она вцепилась в поводок своей маленькой собачки и быстро перешла на другую сторону дороги, бормоча про себя.
«Почему все такие недружелюбные?» прошептала я про себя. «Это я что-то сделала?»
Вернувшись в свой дом, я села у окна, глядя на пустую улицу.
«Может, они считают меня странной или что-то в этом роде», — пробормотала я, пытаясь осмыслить все это. «Но они даже не знают меня».
Я взяла свой дневник и начала писать.
«Третий день в новом доме. Соседи по-прежнему избегают меня. Почему они так со мной обращаются? Я просто хочу влиться в коллектив».
Напевая про себя, я закрыла журнал и оглядела пустую гостиную. Дом казался большим и одиноким.
Я на цыпочках прошла на кухню — моя привычка, когда я нервничаю. Я сделала себе чашку чая и снова села у окна, наблюдая за любыми признаками дружелюбия.
«Может быть, завтра все будет по-другому», — сказала я вслух, стараясь не терять надежды.
Но в глубине души я не могла избавиться от ощущения, что что-то очень не так.
***
Чувствуя себя одинокой и никому не нужной, я решила изменить ситуацию. Я не могла просто сидеть и надеяться, что все наладится само собой. Поэтому я решила устроить вечеринку.
«Может, им просто нужен шанс узнать меня получше», — подумала я.
Я потратила целый день на подготовку. Я готовила все подряд — салаты, сэндвичи, печенье, да все, что угодно. Я даже украсила двор сказочными огоньками и разноцветными бумажными фонариками, надеясь создать теплую и гостеприимную атмосферу.
С наступлением вечера я накрыла стол во дворе, аккуратно расставив все блюда. Я надела свое любимое розовое платье и повязала шарф на запястье, напевая какую-то мелодию для поддержания настроения.
«Все будет замечательно», — сказала я себе, стараясь сохранять позитивный настрой.
Часы пробили шесть — время, указанное в приглашениях, которые я опустила в почтовый ящик каждого соседа.
Я ждала, волнение и нервы боролись внутри меня. Но с каждой минутой мое волнение сменялось тревогой.
Прошел час. Потом еще один. Еда лежала нетронутой, фонари мягко покачивались на вечернем ветерке, а мое сердце замирало. Никто не пришел. Ни один человек.
В отчаянии, близком к слезам, я начала убирать посуду.
«Что я сделала не так?» прошептала я про себя.
Как раз когда я собиралась занести последний поднос внутрь, я услышала голос.
«Эй, нужна помощь?»
Обернувшись, я увидела Джейкоба, стоящего у ворот с его обычной очаровательной улыбкой на лице. Он был одет в узкие джинсы и белую футболку, демонстрирующую его мускулы.
Я попыталась улыбнуться в ответ, хотя это было вынужденно. «Привет, Джейкоб. Я уже начал думать, что никто не придет».
Он подошел и взял поднос из моих рук.
«Прости за это. Тебе нужно кое-что знать».
Мы сели за стол, и Джейкоб заглянул мне в глаза.
«Видишь ли, у дома, в который ты переехала, не самая лучшая репутация. Последней женщине, которая здесь жила, не везло. С ней постоянно происходили странные вещи, а однажды она просто исчезла. Никто не знает, что с ней случилось».