В итоге Рыбин устроился администратором в местный Дом культуры.
Правда, слово «администратор» звучало значительно интеллигентнее, чем реальные обязанности.
Фактически Виктор стоял на входе и следил за порядком, то есть выполнял функции обычного вышибалы.
— Эй, молодой человек, куда собрался? — мог остановить очередного безбилетника девятнадцатилетний Рыбин, перекрывая плечами вход в ДК перед очередным популярным концертом. — Билет покажи. Нет билета — разворачивайся и иди домой, пока разговор остается культурным.
Примерно в этот период в его жизни появилась электрогитара.
Причем начиналось все вовсе не с большой мечты о сцене. У их любительской компании неожиданно исчез бас-гитарист — человек просто ушел в очередной запой. Аппаратура между тем оставалась без присмотра, а желающих что-нибудь унести среди местной шпаны хватало.
Рыбин решил подстраховать товарищей, а заодно начал разбираться с инструментом.
Так совершенно случайно закладывался фундамент коллектива, который позднее станет одной из самых узнаваемых групп своей эпохи.
Сауна вместо «Олимпийского»
К началу девяностых «Дюна» уже перестала быть маленькой самодеятельной командой. В 1990 году коллектив собирал огромные площадки, а зрители с восторгом наблюдали за тем, как взрослые мужчины превращают концерт почти в цирковое представление — с панамами, странными инструментами, грелками и юмористическими номерами.
Публика хотела веселья.
И Рыбин умел это веселье давать.
Однажды в прокуренной гримерке спортивного комплекса «Олимпийский» он наблюдал за девушками из танцевальной группы. Среди них особенно выделялась одна — стройная, резкая в движениях, с характерным взглядом. Ее звали Наталья Сенчукова. Она приехала из Ставрополя и выглядела так, словно весь этот пластиковый эстрадный мир одновременно раздражал и забавлял ее.
Виктор обратил на нее внимание практически сразу.
Влюбился быстро, нахально и, как позже выяснилось, очень надолго.
— Девушка, останьтесь после выступления, — обратился он к ней после очередной программы. — Нам необходимо серьезно поговорить. Разумеется, исключительно об искусстве.
Продолжение знакомства произошло спустя несколько дней.
Правда, место для романтического сближения Рыбин выбрал весьма своеобразное. Никакого шикарного ресторана или прогулки по вечерней Москве.
Он пригласил Наталью на съемки клипа.
А декорацией для съемки стала сауна.
— Я тогда решил не ходить вокруг да около, — позже с улыбкой вспоминал музыкант. — Позвал Наташу сниматься. Думаю: обстановка нужна соответствующая. Сауна хорошая, пар, венички, все красиво. Говорю оператору: «Добавь пара, надо, чтобы художественно получилось». Начали работать, и вдруг дорогущая японская камера каким-то образом слетает со штатива прямо в бассейн. Искры, шипение, свет вырубился. Сидим в темноте мокрые, чай уже остыл. И вот тогда, можно сказать, и начались самые интересные съемки — только уже без камеры. В тот момент я окончательно понял, что попался.
Попытка похищения трупа
К моменту встречи с Натальей личная жизнь Рыбина уже была далека от чистого листа. За его плечами оставались два брака.
Первый союз постепенно разрушился под тяжестью обычного быта.
Второй оказался сложнее: в семье появилась дочь Лена, однако отношения все равно начали расползаться по швам. Постоянные гастроли, отсутствие дома, алкоголь и образ жизни популярного музыканта медленно делали свое дело.
А Наталья тем временем все меньше хотела оставаться просто девушкой из подтанцовки.
Ее амбиции были гораздо серьезнее.
— Я вообще-то сюда приехала петь, а не бесконечно махать ногами на заднем плане! — могла возмущаться Сенчукова после очередного концерта. — Не надо превращать меня в часть декораций!
Рыбин услышал ее.
Он действительно помог Наталье начать собственную музыкальную карьеру. Для нее нашли преподавателя из ГИТИСа, который долго работал с голосом начинающей певицы, исправлял особенности произношения, учил правильному дыханию, вокальной опоре и работе диафрагмой.
Занятия продолжались около года.
В 1991 году Сенчукова появилась в «Утренней почте», одном из самых популярных музыкальных телевизионных проектов того времени.
Однако становиться частью «Дюны» Наталья не захотела. Ей было важнее строить собственную карьеру и существовать на сцене отдельно от Рыбина.
При этом их отношения оставались крайне непростыми.
Одним из самых тяжелых эпизодов для пары стала первая беременность Сенчуковой.
Наталья решила сделать аборт.
Спустя годы она рассказывала, насколько мучительным оказалось это решение и какие чувства тогда испытывала.
— Мне казалось, что я поступила ужасно, — признавалась она позднее. — Я ведь пришла в твою жизнь, когда у тебя уже существовала семья, и сама чувствовала себя виноватой. Ты не мог разобраться, куда тебе идти и где твой дом. А я думала: если рожу, получится, что еще один ребенок окажется заложником всей этой истории. Потом просто испугалась. Представила, что останусь одна с малышом, пока ты будешь пытаться наладить отношения с прошлой семьей.