За два дня до Рождества Максим неожиданно попросил меня ничего не оплачивать, если его мама снова пришлёт очередной список продуктов. Сказал он это словно между прочим, стоя возле открытого холодильника, после чего принялся искать горчицу, хотя прекрасно знал, на какой полке она лежит.
В тот момент я даже не поняла, зачем он вообще поднял эту тему.
В телефоне уже висело сообщение от Людмилы Павловны: двенадцать гостей, горячее, два больших пирога, несколько закусок и напоминание, что доставку нужно заказать примерно к десяти утра. Ничего необычного в этом не было. Последние три года перед семейными праздниками я регулярно получала от неё похожие сообщения.
— А что произошло? — спросила я.
Максим закрыл дверцу холодильника и только после этого посмотрел на меня.
— Ничего. Мама сама со всем разберётся.
Уже на следующий вечер стало понятно, что разбираться придётся вовсе не с продуктами.
А со мной.
- За семейным столом мне уже давно доставалась в основном работа
- Мы хотим провести вечер только своим семейным кругом
- Я была почти готова сделать вид, будто ничего особенного не произошло
- Перед моим отъездом внезапно напомнил о себе тот самый праздничный заказ
- У отца никто не интересовался, почему я не организовала праздничный ужин на двенадцать человек
- Утром выяснилось, что слово «понятно» каждый из нас понял совершенно по-разному
- После Рождества всё изменилось совсем не так, как я предполагала
За семейным столом мне уже давно доставалась в основном работа
Мы с Максимом были женаты шестой год. С его мамой особенной близости у меня никогда не было, но и открытых конфликтов тоже долгое время не возникало. Людмила Павловна вообще мастерски умела вести себя так, чтобы формально обвинить её было не в чем.
Она никогда прямо не произносила:
— Ты мне не нравишься.
Вместо этого звучало:
— Светочка, Максим с детства любит этот салат немного по-другому. Я тебе потом покажу, как правильно.
Или:
— Ты, конечно, у себя дома хозяйка, но я бы мясо столько времени не держала.
А иногда она могла прийти к нам в гости, похвалить новые шторы, а через минуту повернуться к сыну и спросить:
— Максим, а тебе самому этот цвет действительно нравится?
Если брать каждую такую фразу отдельно — сущая ерунда. Более того, когда пытаешься пересказать подобное постороннему человеку, самой становится неловко: взрослая женщина жалуется на замечание о цвете штор.
Поэтому долгое время я предпочитала молчать.
Тем более нельзя было сказать, что Людмила Павловна никогда нам не помогала. Когда машина Максима почти две недели стояла в ремонте, она несколько раз забирала его после работы. А однажды, когда я сильно простыла, привезла продукты и оставила пакет возле нашей двери. Нельзя утверждать, что она круглосуточно только и думала о том, как испортить мне жизнь.
Просто в их семье существовал довольно своеобразный порядок. Всё приятное считалось частью «их семьи», а любые хлопоты удивительным образом очень быстро превращались в общую обязанность.
Особенно когда дело касалось праздников.
На первое Рождество после свадьбы я приехала к свекрови как обычная приглашённая. Но уже примерно через час Людмила Павловна попросила меня немного помочь ей на кухне. Я согласилась. Потом понадобилось разложить закуски, расставить тарелки, принести из соседней комнаты дополнительные стулья.
Ничего страшного в этом не было.
На следующий год я приехала уже на два часа раньше остальных, потому что, как сказала свекровь, «вдвоём всё получится намного быстрее». Ещё год спустя мне доверили заказывать часть праздничной еды в небольшой кулинарии недалеко от нашего дома.
Постепенно сформировалась целая схема. Людмила Павловна звонила в заведение, называла количество гостей и выбирала блюда. Затем заказ либо доставляли прямо к ней, либо я забирала его по дороге — в зависимости от того, как было удобнее. Если заказ получала я, обычно свекровь заранее переводила мне деньги, чтобы я рассчиталась на месте.
Но несколько раз деньги заранее так и не поступали.
— Светочка, оплати пока сама, пожалуйста, я вечером всё переведу.
Я оплачивала.
Иногда перевод действительно приходил вечером. Иногда через пару дней. А однажды я напомнила о деньгах только спустя неделю и услышала в ответ:
— Ой, я почему-то была уверена, что Максим тебе уже отдал.
Максим ничего мне не передавал.
Я тогда сильно разозлилась, но в тот же вечер мы с мужем поссорились совершенно по другой причине, и разговор о деньгах как-то сам собой исчез.
Наверное, часть вины действительно лежала и на мне. Когда тебя что-то не устраивает, об этом лучше сказать сразу, а не соглашаться пять раз подряд, чтобы на шестой искренне удивляться, почему все уверены, что именно так теперь будет всегда.
Мы хотим провести вечер только своим семейным кругом
Настоящий конфликт начался ещё осенью, когда Людмила Павловна отмечала день рождения.