Через три дня Николай привёз документы.
Договор занимал двенадцать страниц. К нему прилагалась подробнейшая смета — каждая работа, каждый материал, каждая позиция. Отдельно был прописан график платежей.
Виктор бегло пролистал бумаги.
Читать внимательно не стал.
Размашисто поставил подпись на каждой необходимой странице.
— Всё. Готово. Когда стартуем?
— В понедельник.
Ремонт продолжался четыре месяца.
Николай почти ежедневно приезжал на объект.
Проверял работу сотрудников. Делал фотографии. Следил за закупками. После завершения каждого этапа оформлял промежуточные акты.
Виктор подписывал их без особого интереса.
Демонтаж.
Новая электропроводка.
Сантехника.
Стяжка.
Штукатурка.
Выравнивание.
Чистовая отделка.
Каждый этап был подтверждён бумагами.
Когда последний рабочий вынес последнее ведро строительного мусора, узнать прежнюю квартиру было невозможно.
Светлые ровные стены.
Новый пол.
Тёплые полы.
Встроенные потолочные светильники.
Современная сантехника.
Аккуратная кухня.
Виктор медленно ходил по комнатам и проводил ладонями по стенам, словно ребёнок, получивший долгожданный подарок.
— Вот это красота. Николай, ты просто волшебник. Квартира стала совершенно другой.
— Хорошо, что понравилось. Вот итоговый акт. Полная стоимость — два миллиона сто тысяч.
Виктор даже не изменился в лице.
— Подпишу. И, кстати, держи первый платёж. Пять процентов, как мы и договаривались.
Он протянул конверт.
Николай пересчитал деньги.
Сто пять тысяч.
Оформил расписку.
Виктор подписал.
Всё было чисто.
— Остаток — строго по графику, — напомнил Николай.
— Разумеется. Куда я от тебя денусь?
Николай уехал.
Уже сидя в машине, он достал телефон и открыл папку с фотографиями ремонта.
Триста сорок семь снимков.
На каждом — дата.
Договор.
Акты.
Подписи.
Подтверждение первого платежа.
Всё хранилось аккуратно.
Не потому, что Николай никому не доверял.
Просто жизнь давно научила его простой вещи: человеческое доверие и правильно оформленные документы должны существовать независимо друг от друга.
Прошёл месяц.
Затем ещё один.
Второго платежа не было.
Николай не устраивал скандалов.
Не писал Виктору каждый день.
Не звонил ему с требованиями.
Вместо этого набрал сестру.
— Полин, привет. Как ты?
— Всё нормально. А что случилось?
— По графику уже должен был прийти второй платёж. Пока ничего нет.
Последовала пауза.
Потом Полина тяжело вздохнула.
— Коль, я сегодня поговорю с Виктором. Извини. У нас тут всё навалилось.
— Полин, я тебя ни в чём не обвиняю. Просто напоминаю: моя фирма не благотворительный фонд. Рабочие свои деньги получили полностью. Материалы я тоже оплатил. Два миллиона — это не счёт за ужин в кафе.
— Я понимаю. Правда понимаю.
Через неделю позвонила уже не сестра.
Позвонила мать Виктора — Галина.
Её голос был сладким и тягучим.
Николай молча выслушал вступление.
— Николай, милый, ты ведь понимаешь, что в семье бывают разные обстоятельства. Виктор сейчас переживает непростой период. Очень большие расходы. Может, ты смог бы войти в положение? Например, простить хотя бы часть суммы?
— Галина, я к вам отношусь с уважением. Но прощать здесь нечего. Есть подписанный договор. Есть стоимость работ. Есть подпись Виктора. Материалы были куплены за деньги. Люди работали не бесплатно. Я выплатил им зарплату. Это не подарок родственнику. Это выполненный заказ.
— Николай, но разве правильно считать каждую копейку между близкими? Полина ведь твоя сестра. Виктор — её супруг. Разве это не семья?
— Именно из-за того, что Полина моя сестра, я согласился выполнять этот ремонт с отсрочкой платежа. На условиях, которые ваш сын добровольно принял и подтвердил своей подписью.
— И ты действительно так скажешь Полине?
— Я ей это уже говорил.
Галина отключилась.
Ещё через два дня Полина сама пришла к брату.
Глаза были покрасневшими.
Пальцы ледяными.
Она устроилась на кухне и обхватила кружку горячего чая ладонями.
— Коль, Виктор устраивает скандалы. Практически каждый вечер. Говорит, что ты его давишь и что я обязана с тобой поговорить.
— Полин, я вообще его не трогаю. Я даже ни разу сам ему не звонил. Просто жду платежей, как написано в договоре.
— Я знаю. Но он рассказывает всё иначе. Говорит, раз ты мой брат, значит, разбираться с тобой должна я.
— Нет. Это не твоя ответственность. Договор оформлен на него. Подпись его. Он взрослый мужчина и прекрасно понимал, что подписывает.
Полина опустила глаза на чашку.
— Коль… Вчера Виктор сказал, что хочет развода.
В кухне стало тихо.
Остывающий чайник едва слышно щёлкнул.
За окном настойчиво каркала ворона.
— Из-за долга за ремонт?
— Не знаю. Наверное, дело уже не только в ремонте. Он сильно изменился. Хотя иногда я думаю, что он и раньше был таким. Просто я слишком долго не хотела замечать.
— А что будет с квартирой?