Свекровь на мгновение застыла, но быстро вернула себе выражение доброй, мудрой женщины, которая якобы лучше всех знает, как правильно жить. Она подошла к Марине. Та сидела с опущенной головой и крепко прижимала к себе сумку.
— Насть, ну что ты как чужая? — Елена Васильевна снисходительно улыбнулась, будто говорила с капризным ребенком. — Тут всё понятно. Маринка наконец-то съехала из этой сырой коммуналки с ребенком. Мы вчера вещи перевезли. Дениска помог шкаф собрать. Квартира у тебя пустовала, ремонт хороший, Сережа отлично всё сделал. Не чужим же ее отдавать за какие-то копейки, правда? Свои должны своим помогать. Вот мы и устроили Мариночке новоселье. Семейный праздник.
Денис поспешно отвернулся и с преувеличенным интересом стал разглядывать рисунок на скатерти. Дядя Витя кашлянул в кулак и уставился в окно.
— Денис, — сказала я. — Посмотри на меня.
Он не повернулся. Только плечи у него чуть дернулись.
— Настя, ну зачем ты сейчас спектакль устраиваешь при людях? — свекровь нахмурилась, и в голосе сразу появились знакомые командные нотки. — Села бы спокойно за стол, поговорили бы по-хорошему. Мы всё решили по-человечески. Марина будет платить тебе коммуналку, честно, до копейки. Сейчас у всех Сбербанк-онлайн есть, переведет седьмого числа. Она одна с ребенком, в чужом углу мучилась, а у тебя три магазина, заработаешь еще. Надо же помочь человеку! У тебя ни котенка, ни ребенка, куда тебе одной такие хоромы?
Я сделала три шага вперед и остановилась почти вплотную к столу. Все замерли. Даже Костик перестал тыкать пальцем в планшет и посмотрел на меня.
— Я не давала Марине разрешения жить здесь, — сказала я, глядя прямо в глаза свекрови. — И Денису не разрешала распоряжаться моими ключами. Это моя квартира. Она оформлена на меня и куплена на мои деньги еще до того, как я вообще узнала о существовании вашей семьи.
— Да как ты смеешь так разговаривать? — Елена Васильевна шумно выдохнула, и ее лицо начало быстро наливаться краснотой. — Мы к тебе со всей душой! Я Мариночку спасаю, у меня сердце кровью обливается, я спать не могу, когда мой внук живет в коммуналке с алкашами за стенкой! Ты черствая, Настя. У тебя в голове только коробки, выручка и магазины! Денис нам разрешил. Он тут муж или кто? Он имеет право голоса в семье!
— В этой квартире у него нет права голоса, — ответила я и повернулась к золовке. — Марина, встань, пожалуйста.
Марина вздрогнула и испуганно посмотрела на мать.
— Встань и отдай мне связку ключей, которую тебе дал Денис, — повторила я, протягивая руку.
— Мама… — тихо пролепетала Марина, вжимаясь в спинку стула.
— Не смей! — резко крикнула свекровь и шагнула между мной и дочерью. — Ничего она тебе отдавать не будет! Денис, ну скажи ты ей хоть что-нибудь! Что ты сидишь как памятник, пока твою мать и сестру из дома выгоняют?
Денис наконец поднял голову. Лицо у него было серое, растерянное, жалкое. Губы слегка дрожали.
— Насть… ну давай потом дома поговорим, — тихо забормотал он. — Зачем при всех? Мама просто хотела Марине помочь. Она временно поживет, пока Костик в садик нормально не начнет ходить, потом съедут. Ну чего ты в самом деле…
Я больше не стала слушать. Просто обошла свекровь, протянула руку и сама вытащила тяжелую связку из полуоткрытого кармана Марининой кофты. Ключи громко звякнули. Это были те самые три дубликата, сделанные по слепку в мастерской на Октябрьском проспекте.
— Всё, — сказала я, убирая связку в сумку. — Праздник закончен. Дядя Витя, помогите Елене Васильевне собрать контейнеры со стола. Марина, бери ребенка и собирай вещи. Через полчаса здесь никого не должно быть.
— Да ты… да мы… — свекровь задохнулась от возмущения. Ее показная уверенность человека, привыкшего решать всё за других, вдруг сдулась, как проколотый воздушный шар. В комнате повисла тяжелая, глухая тишина. Елена Васильевна смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Впервые за все годы нашего знакомства в них был настоящий шок. Она не нашла ни одного слова.
Я развернулась и пошла к двери. У самого выхода остановилась и, не оборачиваясь, добавила:
— Денис, ключи от нашей съемной квартиры положи на тумбочку. Твои вещи я сегодня соберу и выставлю в коридор. Жить с человеком, который тайно ворует у меня ключи, чтобы угодить маме, я больше не собираюсь.
Я вышла на лестничную площадку и плотно прикрыла за собой дверь. Мои шаги по бетонным ступеням отдавались четким, сухим эхом.
СОБСТВЕННЫЙ СВЕТ
Мастер из службы аварийного вскрытия и замены замков приехал довольно быстро — примерно через сорок минут после моего звонка. Он молча разложил инструменты на полу в прихожей, достал новую блестящую личинку в заводской полиэтиленовой упаковке и принялся за работу. Металлический скрежет инструмента по стали почему-то успокаивал.
Родственники ушли минут за пятнадцать до его приезда. Они спускались по лестнице молча, один за другим. Дядя Витя нес свернутую скатерть, свекровь держала за руку притихшего Костика, а Денис шел последним с сумкой Марины. На меня он так и не посмотрел.