В архиве стоял затхлый запах пожелтевших документов. Я перебирала старые папки в поисках договора с типографией, когда из коридора донёсся знакомый голос Кирилла.
— Завтра она всё подпишет. Документы подготовлены.
Я застыла на месте, крепко прижав найденную папку к груди.
— Пап, а вдруг она откажется? — услышала я голос Риты.
— Никуда она не денется. Элла уже готова войти в дело, дом записан на меня, а её долю мы заберём без лишнего шума. Эта старуха даже не сообразит, что произошло.
Последнюю фразу произнёс Антон. Мой пасынок, которого когда-то я сама учила есть ложкой.
— Она двадцать пять лет нами распоряжалась, — усмехнулась Рита. — Пускай теперь отправляется на заслуженный отдых.
— И обязательно проследите, чтобы она подписала запрет на конкуренцию сроком на пять лет, — добавил Кирилл. — Не хватало ещё, чтобы решила открыть собственное издательство. Пусть лучше дома сидит да носки вяжет.
Они удалились по коридору, весело переговариваясь. Я стояла неподвижно, боясь даже вдохнуть. Холодная стена упиралась в спину, а пальцы так сильно сжимали папку, что почти перестали её чувствовать.
Когда шаги окончательно стихли, я подошла к сейфу, достала флешку и перенесла на неё необходимые документы: бухгалтерские отчёты за последние три года, сведения об авторах и контакты сотрудников. О том, что Кирилл намеренно скрывает настоящую прибыль, я догадывалась давно. Просто раньше предпочитала не вмешиваться. Теперь молчать я больше не собиралась.
На следующее утро я вошла в гостиную. Стол был празднично сервирован, горели свечи, а Кирилл вместе с детьми ожидал меня с торжественными лицами. Посередине стола красовалась белая папка, аккуратно перевязанная алой лентой.
— Поздравляю с юбилеем, Инга! — произнёс Кирилл, расплываясь в широкой улыбке.
Я опустилась на стул напротив него, спрятав под столом руки, чтобы никто не заметил их дрожи.
— Мамочка, присаживайся, — Рита указала на свободное место. — Мы приготовили тебе особенный подарок.
Кирилл подвинул ко мне папку. Я неторопливо развязала ленту и раскрыла её. Внутри лежали заявление на развод, соглашение о расторжении брака и документ, запрещающий мне заниматься конкурирующей деятельностью в течение пяти лет. Все необходимые подписи уже стояли. Не хватало только моей.
— Что всё это значит? — спросила я, посмотрев на мужа.
— Ты столько лет трудилась без отдыха, дорогая. Пора наконец пожить для себя, — заговорил Кирилл удивительно нежным голосом. — Элла Полонская станет нашим новым партнёром. Компании нужны свежие идеи и молодая энергия. А тебе мы выплатим хорошие отступные. На отдельную квартиру вполне хватит. Дом, разумеется, останется мне, поскольку оформлен на моё имя.
Антон молча придвинул ко мне шариковую ручку. Самую обыкновенную, синюю, с погрызенным пластиковым колпачком.
— Только давай обойдёмся без истерик, Инга. Ты ведь разумная взрослая женщина.
Рита тем временем подняла телефон и направила камеру прямо на моё лицо.
— Прекрати снимать, — спокойно потребовала я.
— Не собираюсь. Это останется на память. Чтобы потом не рассказывала, будто мы принудили тебя подписывать бумаги.
Я взяла ручку и, даже не перечитывая документы, поставила подписи на всех трёх листах. Почерк оставался удивительно чётким, ни одна буква не дрогнула.
— Благодарю за откровенность, — произнесла я, поднимаясь и забирая сумочку. — Можете больше обо мне не беспокоиться.
— Инга, постой! Куда ты собралась? — Кирилл вскочил со своего места.
— Теперь это тебя совершенно не касается.
Я вышла из дома, села за руль своей «Шкоды» и уехала. В зеркале заднего вида успела заметить, как Рита размахивает телефоном и громко смеётся.
Я остановилась в небольшом мотеле на окраине города и сняла тихий номер. Разложив ноутбук на столе, открыла телефонную книгу и отыскала Веру Самсонову, нашего бывшего бухгалтера.
— Вера, здравствуй. Это Инга Ларина. Мне очень нужна твоя помощь.
— Инга? Ты серьёзно мне звонишь? После того, как твой Кирилл выставил меня за дверь?
— Теперь он избавился и от меня. Вчера, прямо на мой пятидесятый день рождения. Но у меня сохранилась бухгалтерия за три года. Сокрытые доходы, фиктивные отчёты, двойной учёт. Полный комплект.
На другом конце провода воцарилось молчание. Затем Вера коротко рассмеялась. В этом смехе не было ничего весёлого.
— Присылай документы. Я прекрасно знаю, кому они будут интересны.
Спустя всего семь дней в издательство «Книжный маяк» нагрянули налоговые инспекторы. Банковские счета компании оказались заморожены, началась масштабная выездная проверка.
А я тем временем занялась телефонными звонками. Связывалась не со всеми писателями, а только с теми, на ком действительно держалось издательство. Например, с Григорием Степановичем, автором популярных исторических романов. Продажи его книг обеспечивали почти половину выручки компании.