Это удивило Ольгу. Младший брат Бориса, Глеб, навещал мать не чаще одного раза в пару месяцев. Его супруга Елизавета, насколько знала Ольга, особой любви к свекрови не испытывала. Все вместе они собирались разве что по случаю дней рождения, да и то не всегда.
В воскресенье на Окружной гостей ожидал щедро накрытый стол.
Любовь Петровна встретила Ольгу прямо у входа, крепко обняла и поцеловала в щёку. За все предыдущие годы невестка не могла припомнить ни одного подобного проявления нежности.
— Проходи скорее, Оленька! Как же ты похудела, бедная девочка. Ничего, сейчас вкусненьким тебя накормим.
Глеб и Елизавета уже расположились за столом.
Худощавый Глеб в очках неловко поздоровался. А его жена, эффектная женщина с длинными наращёнными ресницами, внимательно оглядела Ольгу и приветливо улыбнулась.
— Здравствуй, Оля! Как замечательно, что мы наконец встретились.
В тот момент Ольга ещё не подозревала, ради чего устроен этот семейный вечер. Более того, ей даже пришло в голову, что после смерти отца свекровь, возможно, решила относиться к ней добрее.
Прежде чем гости приступили к еде, Любовь Петровна наполнила рюмки и поднялась из-за стола.
— Давайте сперва вспомним Николая Степановича. Добрый был человек. Пусть покоится с миром.
Все выпили за его память.
Ольга тоже пригубила рюмку и ощутила, как глаза наполняются слезами. Свекровь встречалась с её отцом всего дважды: на свадьбе молодых и однажды на дне рождения. За последние три года ни разу не поинтересовалась его здоровьем. И всё же сейчас Ольге было приятно, что о папе вспомнили.
Ужин действительно удался. На столе стояли голубцы, несколько салатов, домашний капустный пирог. Любовь Петровна старательно выбирала для невестки самые аппетитные кусочки. Елизавета интересовалась её работой и делала комплименты серьгам. Борис сидел возле матери с довольным выражением лица. Только Глеб почти не участвовал в разговорах, рассеянно перебирая вилкой содержимое тарелки.
Когда горячее уже съели, но чай ещё не подали, Борис достал мобильный телефон.
— Посмотрите, какой вариант нашёл. Это дом в Засечном. Двенадцать соток земли, два этажа, собственная баня. Стоимость — пять миллионов восемьсот тысяч. Я даже с продавцом уже разговаривал.
— Какая прелесть! — восторженно воскликнула Елизавета.
— Боря, — негромко вмешалась Ольга, — мы с тобой ничего подобного не решили. Я же объяснила, что отцовскую квартиру продавать не стану.
— Да я просто показываю. Вдруг на будущее пригодится, — отмахнулся он, пряча телефон.
После подачи чая Любовь Петровна аккуратно отодвинула чашку и положила обе руки перед собой.
— Ну что, дорогие мои. Раз все сегодня собрались, пора обсудить важный вопрос. Оленька, мы очень сочувствуем твоему горю. Папа у тебя был замечательный, царствие ему небесное. Но жизнь ведь не останавливается. А теперь ты получила наследство.
Ольга медленно опустила чашку на блюдце.
— Три миллиона четыреста тысяч, — продолжила свекровь с такой уверенностью, будто заранее подготовила выступление. — Сумма, согласитесь, весьма приличная. И я уверена: в хорошей семье подобные деньги должны распределяться справедливо. Чтобы никого не обидеть.
Ольга перевела взгляд на Бориса.
Муж смотрел на неё прямо, без малейшего смущения. На его лице даже читалось какое-то торжественное удовлетворение.
Всё стало ясно. Именно он назвал матери точную сумму, которую жена доверила ему неделю назад. И сегодняшний ужин они, очевидно, организовали вместе.
— Итак, предлагаю следующий порядок, — деловито начала Любовь Петровна, загибая палец. — Первую половину, то есть миллион семьсот тысяч, отдаём Глебу с Лизой. У них ипотечный кредит, ещё двенадцать лет выплачивать. Погасят долг и смогут спокойно растить ребёнка. Это первый пункт.
Глеб заметно покраснел.
— Мам, ну как-то неловко получается…
Но Любовь Петровна даже не повернула к нему головы.
— Теперь второе. Елизавете нужно выделить девятьсот тысяч на покупку автомобиля. Её старенький «Логан» уже еле ездит. А ей каждый день ребёнка в детский сад возить. Нужна безопасная, приличная машина.
Лиза довольно закивала.
— Олечка, только не подумай ничего плохого, — поспешила она вставить. — Мы ведь родственники, не посторонние люди. Зачем тебе одной такое богатство? К тому же квартира отца у тебя остаётся. Можешь сдавать её и получать дополнительный доход. А у нас действительно сложная ситуация, ребёнок маленький.
Глеб осторожно потянул супругу за рукав, но та раздражённо отмахнулась.
— И наконец, оставшиеся восемьсот тысяч, — свекровь подняла третий палец, — предназначаются мне. Восемь лет я предоставляла вам жильё. Теперь мне необходимо заняться зубами, да и в хороший санаторий давно хочется съездить. Я заслужила такую благодарность. Вот и всё. По-моему, совершенно честное распределение. Борис, ты согласен?
— Разумеется, мам. Всё абсолютно правильно, — тут же подтвердил сын. — Мы одна семья, значит, должны помогать друг другу. Оля, чего ты так смотришь? Мама ведь разумные вещи предлагает.