Обещание, которое мать давала годами, оказалось пустыми словами, едва речь зашла о наследстве. Однако дочь не стала устраивать скандал и бороться за имущество. Она решила отступить и доверить свою судьбу справедливости, которая порой оказывается сильнее любых документов.
Глава 1. Удар, которого я не ожидала
Я замерла посреди материнской кухни, чувствуя, будто пол внезапно начал уходить из-под ног. Всё вокруг казалось нереальным, словно я оказалась на корабле, который швыряло из стороны в сторону посреди бушующего моря.
— Мамочка, но ведь ты сама мне это обещала! — выдохнула я дрожащим голосом, непроизвольно сжимая пальцы в кулаки.
— Значит, теперь я решила иначе, — невозмутимо произнесла мать, продолжая размешивать сахар в чашке.
Металлическая ложечка тихонько постукивала о фарфоровые стенки. Мама выглядела совершенно спокойной, будто мы разговаривали о предстоящем дожде или о ценах в магазине. А ведь сейчас она одним предложением перечеркнула пять лет моей жизни, которые я посвятила заботе о ней.
Мой младший брат Виталик расположился на диване, уткнувшись в смартфон. Он даже не счёл нужным посмотреть в мою сторону. Зато его супруга Инга буквально сияла от удовольствия, словно только что выиграла главный приз в лотерею.
— Любочка, ну зачем ты так переживаешь? — сладким голосом произнесла она, приблизившись ко мне и протянув руки для объятий. — Ты ведь сама понимаешь, что у Виталика двое ребятишек. Ему собственная квартира гораздо нужнее.
Словно у меня вообще не было семьи.
У меня росла дочь. Да, всего одна, но разве это делало наши потребности менее важными? Уже семь лет мы ютились в съёмной однокомнатной квартире на городской окраине. Ежемесячно я отдавала хозяйке почти треть заработка. Причём та могла совершенно неожиданно поднять арендную плату, не особенно интересуясь нашими возможностями.
А мама всё это время уверяла меня, что её двухкомнатная квартира в центре города однажды станет моей.
Она повторяла это множество раз. Говорила, что хочет отблагодарить меня за преданность, постоянную помощь и терпение. За то, что я не отвернулась от неё в самый тяжёлый период, когда после инсульта она практически не могла самостоятельно справляться с повседневными делами.
В отличие от Виталика, который тогда исчез почти на пять лет.
— Вы заранее всё между собой решили? — спросила я, переводя взгляд с матери на брата.
Виталик наконец оторвался от телефона и насмешливо приподнял брови.
— Люб, хватит придумывать заговоры. Мама самостоятельно приняла решение. Она взрослый человек и вправе распоряжаться своим имуществом.
Вправе.
Какое удобное слово.
Только почему-то никто не желал вспоминать, кто все эти годы сопровождал маму на обследования, стоял в очередях за лекарствами и не спал по ночам, когда у неё резко поднималось давление.
Никто не говорил о том, сколько рабочих возможностей я упустила, сколько раз отказывалась от командировок и перспективного повышения, потому что мама не могла оставаться без присмотра.
— Все необходимые бумаги уже подписаны, — между тем продолжила мать, даже не взглянув мне в глаза. — Через неделю Виталик окончательно оформит свои права. Поэтому тебе больше незачем приезжать ежедневно. Теперь Инга будет мне помогать.
В её голосе не прозвучало ни смущения, ни благодарности, ни малейшего сожаления.
Инга важно кивнула, принимая на себя роль самоотверженной невестки.
Я больше ничего не сказала.
Просто повернулась, вышла из кухни, прошла по коридору и покинула квартиру, даже не попрощавшись.
В груди разливалась жгучая боль, а слёзы застилали глаза. Остановившись на лестничной площадке, я кое-как достала телефон. Пальцы дрожали настолько сильно, что я несколько раз ошиблась при наборе сообщения.
«Танюш, пожалуйста, найди время для разговора. Мне сейчас очень плохо. Я совершенно не понимаю, как такое могло случиться».
Отправив сообщение, я прислонилась спиной к холодной стене и впервые за много лет почувствовала себя абсолютно чужой в доме собственной матери.
Глава 2. Воспоминания, которые теперь причиняли боль
Спустя полчаса Таня уже сидела напротив меня в небольшом кафе неподалёку от нашего съёмного дома.
Передо мной стояла чашка давно остывшего кофе. Я то и дело подносила её к губам, почти не ощущая вкуса, и пыталась разобраться в том, что произошло.
— Ведь пять лет назад она сама всё предложила, — проговорила я, растирая виски. Голова раскалывалась от напряжения. — Помнишь, когда у неё случился инсульт?
Таня молча кивнула.