Светлана отвернулась к окну, но и там не нашла спасения.
Илья поднялся так резко, что стул отъехал назад.
— Света, это правда?
— Не ори на меня! — сорвалась она. — Ты сам виноват! Вы оба виноваты! Сидите здесь со своим порядком, сейфами, блокнотами. А у меня жизнь разваливается!
— Какая именно жизнь? — спросила Дарья.
Светлана резко повернулась к ней. На лице выступили красные пятна, тушь под одним глазом слегка размазалась, хотя слёз не было.
— Тебе этого не понять. У тебя всё по полочкам. Квартира, работа, деньги на маму, планы. А я выкручивалась как могла.
— Выкручивалась — это брала чужое?
— Я заняла!
— Без разрешения это называется не займ.
Валентина Андреевна наконец обрела голос.
— Светочка, зачем ты полезла? Ты бы мне сказала.
Светлана резко рассмеялась.
— Тебе? Мам, ты потом сама звонишь Илье. А Илья начинает читать лекции. А Дарья смотрит так, будто мы нищие у её порога.
Дарья медленно убрала телефон.
— Я так смотрю на людей, которые считают мои деньги доступными без моего согласия.
Илья повернулся к сестре.
— Сколько ты взяла?
Светлана молчала.
— Сколько? — повторил он.
— Не помню.
Дарья открыла блокнот и положила его перед ним.
— Я помню. Вот даты. Вот суммы. Всего — вот столько.
Она назвала сумму. В комнате стало тесно от тишины. Валентина Андреевна опустилась на край стула и прижала ладонь к груди. Илья смотрел на сестру так, будто впервые видел перед собой не младшую Светочку, которую нужно спасать, а взрослую женщину, спокойно открывавшую чужой сейф.
— Зачем? — спросил он.
Светлана снова села.
— У меня долг.
— Кому?
— Не банку. Людям.
Дарья внимательно посмотрела на неё. Этого она не ожидала.
— Что за люди?
— Подруга вложилась со мной в закупку товара. Я обещала вернуть часть денег, но всё сорвалось. Товар завис, часть испортили при доставке, документы оформляла не я. Подруга начала требовать деньги. Потом подключился её брат. Он неприятный человек. Я испугалась.
— И решила, что самый безопасный выход — воровать у меня? — спросила Дарья.
Светлана закрыла лицо руками, но ненадолго. Стыдно ей было, но не настолько, чтобы молчать.
— Я думала, возьму немного, потом перекрою. Потом ещё чуть-чуть. Я не собиралась оставлять себе навсегда.
— Где ты увидела ключ? — спросила Дарья.
Светлана молчала.
— Света, — глухо произнёс Илья.
— В тот день, когда Даша открывала сейф при мне. Я попросила зарядку, она полезла за документами. Я заметила пенал. Потом проверила.
Дарья вспомнила тот день. Светлана стояла у двери, болтала про новую сумку и делала вид, что не смотрит в сторону стола. Всё оказалось до неприятного просто.
— Илья, — сказала Дарья, не отрывая взгляда от Светланы. — Забери у неё ключи от квартиры. Прямо сейчас.
— Даша…
— Сейчас.
Светлана вскинула голову.
— Какие ещё ключи? Я больше сюда и не собираюсь ходить!
— Тем более они тебе не нужны.
Илья несколько секунд стоял неподвижно. Потом протянул руку.
— Свет, отдай.
— Ты серьёзно? — она посмотрела на брата с такой обидой, будто это у неё отнимали что-то законное.
— Отдай ключи.
Светлана резко открыла сумку, достала связку и бросила её на стол. Ключи ударились о дерево и скользнули к Дарье. Она сразу забрала их.
— У мамы тоже, — добавила Дарья.
Валентина Андреевна побледнела.
— А я здесь при чём?
— Вы знали, что у Светланы есть ключи?
— Ну знала.
— Вы знали, что она ходила сюда без меня?
— Она дочь моего сына.
— Это не ответ. Ключ.
Свекровь долго смотрела на неё. Раньше Дарья в такой момент уступила бы, лишь бы не портить отношения. Сейчас она просто ждала. Валентина Андреевна медленно достала ключ из маленького кармана сумки и положила его на стол.
— Ты выталкиваешь нас из семьи, — сказала она.
— Нет. Я закрываю доступ в свою квартиру людям, которые не понимают границ.
— Из-за денег?
— Из-за доверия. Деньги лишь показали, где оно закончилось.
Илья сел так, будто из него разом вышли все силы.
— Света вернёт, — сказал он. — Я проконтролирую.
Дарья повернулась к нему.
— Нет. Контролировать будешь не ты. Светлана напишет расписку, что взяла у меня деньги и обязуется вернуть их до конкретной даты. С датами и суммой. Паспортные данные у меня есть, потому что я однажды помогала ей оформлять доставку. Если деньги не вернутся, запись и расписка пойдут дальше.
Светлана снова вскочила.
— Ты хочешь сделать из меня уголовницу?
— Это ты решила залезть в чужой сейф. Я хочу вернуть своё.
— Родная кровь важнее денег! — выкрикнула Валентина Андреевна.
Дарья повернулась к ней.
— Моя мать лечится на эти деньги. Для меня это не бумажки для оплаты чужих долгов.
Свекровь замолчала. Впервые за весь вечер ей нечего было ответить.
Расписку Светлана писала почти двадцать минут. То рвала лист, то заявляла, что формулировка унизительная, то требовала написать «взяла в долг». Дарья каждый раз спокойно повторяла:
— Ты не брала в долг. Ты взяла без моего разрешения. Пиши честно.