— Принесла? — переспросил Юрий голосом человека, который после ночной смены совершенно не готов воспринимать подобные новости. — Сама, что ли?
— А кто ещё? Вся веранда в грязных следах. Она трижды туда бегала. Вернёшься — сам увидишь.
— Слушай, а вдруг это котята той серой кошки? Помнишь, которая жила в сарае у соседки?
Людмила даже ложку отложила.
Соседский дом уже почти год стоял на продаже. Галину Степановну сын ещё прошлой зимой перевёз к себе в Киев: пожилой женщине стало слишком тяжело самостоятельно управляться с дровами и печкой.
На заборе висела жестяная табличка с телефоном агентства недвижимости. Пару раз приезжали какие-то люди в аккуратных чистых ботинках, осматривали двор и хозяйственные постройки, после чего исчезали и больше не появлялись.
А в старом сарае обосновалась ничейная тощая серая кошка.
Ещё в сентябре Людмила начала подсовывать ей миску с кашей через щели в заборе. Тогда она заметила, что животное передвигается с трудом, а бока у него стали заметно округлыми.
Потом серая кошка пропала почти на две недели.
Людмила решила, что та отправилась искать себе другое, более надёжное убежище.
— Пойду сейчас посмотрю, — сказала она мужу.
— Только сама туда не суйся! Доски совсем прогнили. Минут через сорок буду дома, вместе сходим.
Разумеется, ждать его Людмила не стала.
В соседский сарай она пробралась через дыру в заборе. Судя по всему, Дуся тоже прекрасно знала об этом проходе.
Сарайная дверь едва держалась на одной петле. Внутри стоял тяжёлый запах сырого дерева и мышей. Ночной ветер сдвинул несколько шиферных листов на крыше, поэтому вода продолжала капать прямо в угол, где находилась большая картонная коробка из-под телевизора.
Картон настолько размок, что напоминал кусок хлеба, оставленный в воде.
На дне коробки валялась насквозь промокшая тряпка. На ней ещё сохранилось небольшое углубление — след места, где кто-то долго лежал, согревая ткань собственным телом.
Больше там ничего не оказалось.
Ни серой кошки.
Ни маленьких котят.
Людмила некоторое время неподвижно стояла, прислушиваясь к тому, как капли с крыши падают в лужу.
Она представила, что происходило здесь ночью. Ливень, ледяной ветер, промокшая коробка. Три беспомощных малыша отчаянно пищат, зовут мать, а её нигде нет.
И по другую сторону забора — Дуся, которая, вероятно, услышала их ещё с вечера.
Ведь вчера кошка подозрительно долго просидела на кухонном подоконнике. Вглядывалась в темноту, нервно постукивала хвостом по стеклу и словно чего-то ожидала.
Людмила тогда даже пошутила:
— Что, жениха себе высматриваешь?
Но теперь стало ясно: никакого жениха Дуся не ждала.
Вернувшийся Юрий даже куртку снимать не стал. Прямо в рабочей одежде он опустился на пол возле кровати, улёгся на живот и долго рассматривал находку при свете телефонного фонарика.
— Вот это номер, — наконец проговорил он. — Ты только посмотри. Она их даже вылизала. А мой свитер, значит, себе присвоила.
— Между прочим, я его целую неделю искала.
— Зато она нашла.
Юрий поднялся, стряхнул пыль с колен и взглянул на жену.
— Люд, а кормить их чем будем? Дуся ведь им не родная мать. Молока-то у неё нет.
— Нет, — согласилась Людмила. — Так что куртку не снимай. Сейчас поедем в город, к ветеринару.
— Люда, я только с ночной смены.
— Я знаю, Юра.
Он тяжело вздохнул. Именно так Юрий вздыхал все тридцать лет их совместной жизни, когда понимал, что дальнейшие возражения совершенно бессмысленны.
После этого молча отправился заводить автомобиль.
Котят уложили в корзинку для яиц, предварительно застелив её мягким байковым одеяльцем.
Брать с собой Дусю никто не планировал. Однако, когда Людмила вышла на крыльцо с корзинкой, кошка уже поджидала её возле машины.
Прогнать Дусю у женщины не хватило решимости.
Всю поездку кошка провела на заднем сиденье рядом с корзинкой, ни на секунду не выпуская малышей из поля зрения.
В районной ветеринарной клинике в тот день принимала та самая Ирина Николаевна, которая много лет назад обследовала Дусю.
За прошедшее время в волосах женщины прибавилось седины, но Людмилу и её кошку она узнала сразу.
— О, Дуся! А это кого ты с собой привела?
— Ох, Ирина Николаевна, тут в двух словах не расскажешь, — ответила Людмила.
И всё-таки рассказала.
Ветеринар внимательно слушала, одновременно осматривая каждого котёнка. Осторожно переворачивала малышей на ладони, заглядывала в ушки, проверяла животики.
— Им примерно по три недели, — наконец заключила она. — Немного переохладились, но в остальном здоровы. Очень правильно сделали, что сразу привезли. Обычное коровье молоко не давайте. У нас в аптеке продаётся специальная смесь для котят, купите её и маленькую бутылочку с соской. Кормить придётся каждые три-четыре часа, включая ночное время. И обязательно обеспечьте тепло. Можно положить грелку под пелёнку или поставить в комнате обогреватель, только не слишком близко.
— А как же Дуся? — обеспокоенно спросила Людмила. — Она ведь потом их не бросит?