Когда шаги в подъезде стихли, женщина медленно прошлась по квартире.
В гостиной витали запахи остывшей пиццы и чужой парфюмерии.
На ковре расплывалось тёмное пятно от пролитого пива.
На кухонной сушилке всё ещё стояли четыре розовые кружки с надписями «Утро начинается с кофе».
Вероника сложила их в мусорный пакет, добавила туда остатки праздничного торта и отнесла всё на контейнерную площадку за трансформаторной будкой.
Потом вернулась домой.
Распахнула настежь все окна.
В спальне сорвала с кровати постельное бельё, пропитанное неприятным сладковатым ароматом чужих духов.
И легла прямо на голый матрас.
На следующий день, в понедельник, у Вероники зазвонил телефон.
На экране высветился незнакомый номер с тверским кодом.
— Вероника? Это Тамара Андреевна, мать Алексея и Кристины, — представилась женщина.
Её голос одновременно звучал устало и сердито.
— Ты вообще понимаешь, что натворила? Дочь ночью звонила мне вся в слезах. Рассказала, что ты выгнала их из дома! Моих детей! Прямо на улицу! В ноябре!
— Тамара Андреевна, никто на улице не ночует. Они остановились у Гоши на даче.
— На даче?! Посреди ноября?! Да там одна печка на весь дом! У тебя совесть вообще осталась? Кристиночка и так после расставания со Стасом никак в себя не придёт, а ты ещё…
— Ваша дочь прожила у меня совершенно бесплатно шесть месяцев, — перебила её Вероника. — Все эти месяцы я покупала ей продукты, оплачивала воду и электричество, убирала за ней. Потом дала тридцать шесть тысяч рублей, чтобы она могла снять комнату. На эти деньги Кристина приобрела себе куртку. Кроме того, она выбросила памятные чашки моего покойного отца. Постоянно издевалась над моей матерью при своих подругах. Даже повторять вам эти слова не стану. А вчера притащила гостей и приказала мне их обслуживать.
На другом конце провода наступило молчание.
Потом свекровь неуверенно произнесла:
— Ну… она же ещё молоденькая. Вспыльчивая, характер такой.
— Ей двадцать пять лет, Тамара Андреевна.
— Ну хорошо, а Алёша-то здесь при чём? За что ты его выгнала?
— Я предложила вашему сыну сделать выбор. Он его сделал.
Тамара Андреевна продолжала что-то говорить.
Рассуждала о семейных ценностях, женском терпении и о том, что жена должна быть мудрее мужа.
Но Вероника уже перестала вслушиваться.
Она спокойно попрощалась и положила телефон экраном вниз на стол.
Больше свекровь ей не звонила.
Спустя четыре дня Вероника открыла портал «Госуслуги» и приступила к оформлению совместного заявления о разводе.
Алексею пришло соответствующее уведомление с предложением подтвердить согласие.
Он проигнорировал его.
Не подтвердил ни спустя неделю, ни через две.
Тогда Вероника обратилась с заявлением к мировому судье.
Детей у супругов не было.
Совместно приобретённого имущества тоже практически не имелось. Разве что телевизор, который они купили два года назад, оплатив стоимость пополам.
Телевизор Вероника без каких-либо споров согласилась отдать мужу.
Алексей тем временем предпринимал попытки помириться.
Сначала он названивал почти каждый вечер.
Затем в одну из суббот появился у её двери с букетом хризантем и коробкой любимых Вероники пирожных.
— Ника, послушай меня. Я действительно всё осознал. Клянусь. Кристина уже арендовала комнату в Купчино. Сюда она больше не вернётся. Я ей прямо сказал. Сейчас я один живу у Гоши на даче. Там холодно, печку приходится постоянно топить. Может, попробуем всё начать заново? Обещаю, больше ни один человек не появится у нас без твоего разрешения.
Вероника стояла на пороге, не убирая ладонь с дверной ручки.
— Лёша, от тебя я уже слышала много обещаний. Помнишь? «Всего две недели». «Немножко потерпи». «Она скоро придёт в себя». А помнишь, что ты ответил, когда Кристина выбросила отцовские чашки?
Алексей опустил взгляд.
— Сказал, что куплю тебе другие.
— Именно. А в воскресенье ты сидел в кресле, уткнувшись в телефон, пока сестра оскорбляла мою маму.
— Я просто не понимал, насколько для тебя это…
— Всё ты понимал. Поэтому и увеличивал громкость телевизора, когда она начинала свои издёвки.
Алексей ещё некоторое время стоял возле двери.
Потом молча опустил букет хризантем на коврик и направился к лифту.
Коробку с пирожными он забрал с собой.
После этого муж ещё дважды присылал ей длинные сообщения среди ночи.
Вероника читала их на следующее утро и оставляла без ответа.
Слишком много месяцев она пыталась добиться элементарного уважения в собственном доме.
Теперь ей больше не хотелось ничего выпрашивать.
В январе суд официально расторг их брак.
Ещё месяц спустя Алексей добровольно снялся с регистрационного учёта по адресу Вероники.
На новом месте работы ему предоставили служебную комнату в общежитии и потребовали зарегистрироваться там.
О судьбе Кристины Вероника случайно узнала от общих знакомых.
Оказалось, спустя три месяца после переезда хозяйка комнаты в Купчино тоже попросила её освободить жильё.