Зарабатывал он примерно семьдесят тысяч рублей. У Вероники доход был приблизительно таким же. За коммунальные услуги и продукты супруги платили поровну, а дорогостоящие покупки всегда предварительно обсуждали.
Всё пошло наперекосяк прошлой весной, когда Кристина, младшая сестра Алексея, разошлась со своим молодым человеком Стасом.
Они прожили вместе почти три года, причём квартира принадлежала Стасу. Однажды вечером мужчина собрал вещи Кристины в два чемодана и выставил их за порог.
Брату она позвонила около одиннадцати вечера. Рыдала настолько сильно, что Алексей с трудом разбирал слова.
— Ника, может, позволим ей немного у нас пожить? — спросил он, прикрыв телефон ладонью. — Буквально недельки две. Работу подыщет, комнату арендует и переедет. Ей сейчас совершенно некуда податься.
— Лёша, ты ведь понимаешь, что свободной комнаты у нас нет?
— В гостиной диван есть. Ника, всего две недели. Она же моя сестра.
Вероника уступила.
Ей искренне стало жаль двадцатипятилетнюю Кристину, которая стояла на пороге с двумя огромными чемоданами, заплаканным лицом и размазанной тушью.
В тот вечер Вероника собственноручно застелила ей диван, достала из шкафа запасное одеяло и пожелала спокойной ночи.
Обещанные две недели пролетели незаметно.
Следом закончился первый месяц, затем третий. К осени выяснилось, что Кристина живёт у них уже полгода и никаких намерений съезжать не проявляет.
С прежней работы девушка уволилась ещё весной. Раньше она занималась маникюром в салоне возле станции метро, но поссорилась с хозяйкой. Поиск нового рабочего места у неё продвигался крайне неторопливо.
— Да в этих салонах везде одинаковый кошмар, — рассуждала Кристина, развалившись на диване со смартфоном. — Начальницы только о деньгах думают, клиентки вечно недовольные. Лучше начну принимать дома. Мне только хорошую лампу купить нужно.
Однако лампа так и не появилась.
Зато деньги на доставку суши, модные кроссовки и спортивный абонемент находились регулярно. Всё это Кристина оплачивала из средств, которые ей отправляла мать из Твери.
Для общего стола она не покупала ничего. Единственным исключением были йогурты, на которых девушка крупно выводила маркером: «КРИС».
Продуктами семью обеспечивала Вероника.
Она же оплачивала счета за электроэнергию и воду, заметно увеличившиеся после появления Кристины, которая обожала по часу нежиться в ванной.
Алексей время от времени предлагал разделить расходы, но на деле переводил жене всё меньше денег. Как выяснялось, его заработок постоянно уходил на сестру. То ей требовалось пополнить телефон, то оплатить дорогу, то одолжить немного до пятницы.
После себя Кристина никогда не убирала грязную посуду.
На журнальном столике возле дивана неделями могли стоять тарелки с присохшим кетчупом. Недопитый кофе оставался в кружках на подоконнике, а иногда даже на полу ванной комнаты.
Вероника возвращалась с работы около семи вечера, переодевалась и вместо отдыха начинала собирать по всей квартире чужую посуду.
— Лёша, пожалуйста, поговори с сестрой, — просила она. — Я ведь не требую невозможного. Пусть хотя бы свою посуду за собой убирает.
— Ника, ей и без того сейчас непросто. После разрыва со Стасом никак не восстановится. Потерпи ещё чуть-чуть, она постепенно придёт в норму.
После случая с отцовскими чашками Кристина словно окончательно убедилась, что ей здесь позволено абсолютно всё.
Она начала приводить подруг.
Сначала девушки приходили по одной и только днём, пока хозяйка квартиры находилась на работе. Потом посиделки переместились на вечер. Подруг собиралось уже по две-три, они приносили вино, заказывали пиццу и громко разговаривали.
Однажды, вернувшись домой, Вероника обнаружила, что её рабочий стол больше не стоит возле окна.
Кристина передвинула его в дальний угол, а на освободившееся место переставила диван.
— Здесь намного светлее, — невозмутимо объяснила она. — Мне необходимо, чтобы по утрам на меня попадало солнце. А то из-за нехватки света у меня депрессия начинается.
В какой-то момент Алексей самостоятельно заказал для сестры дополнительный комплект ключей.
— Чтобы по ночам не будила нас звонками, если поздно придёт, — объяснил он жене.
Вероника тогда ничего не возразила.
Теперь Кристина возвращалась в любое удобное время и распоряжалась квартирой с таким видом, будто была её полноправной хозяйкой с самого начала.
В последних числах октября Веронике пришлось на три дня уехать в Нижний Новгород. Её отправили в командировку на предприятие поставщика.
Вернувшись, она зашла в спальню и остановилась как вкопанная.
На прикроватной тумбочке лежала незнакомая косметичка. Её собственная подушка пропиталась приторным ароматом чужих духов. На постели был небрежно брошен свитер Кристины.
Вечером Вероника спросила мужа:
— Лёша, объясни, пожалуйста, почему твоя сестра спала в нашей постели?
— Ну да, спала. У неё от дивана спина разболелась. Поэтому я перебрался в гостиную, а ей уступил спальню. Ника, тебя всё равно дома не было. Какая разница?