Больные отношения в фильме “Москва слезам не верит» (подробный психоанализ).
Фильм “Москва слезам не верит” — шикарное пособие для работы над собой, для тех, кто познаёт себя и окружающий мир.
Сегодня попалась на глаза статья “Вот почему неотразимый Гога, он же Жора — настоящий психопат!” – подробный анализ персонажа Гоги – персонажа Баталова из фильма “Москва слезам не верит”.
Фильм замечательный, “классика советского кинематографа”. Действительно хороший фильм, жизненный. Почему он до такой степени “откликается в душе” объясню ниже, в конце статьи. Сейчас скажу лишь, что фильм, действительно, заслуживает того, чтобы “быть любимым”.
Но вернемся к Гоге. Анализ его персонажа сделан качественно, но с позиций психологии. И, как это обычно бывает у психологов, анализ получился неполный – как раз о базе и не рассказали, не увязали воедино персонажи Гоги и Кати, так, как это есть на самом деле. Психологи ведь Гогу анализировали, у них ведь нет сакральных знаний, у психологов-то. Хотя, нужно отдать должное автору текста-анализа, анализ Гоги сделан качественно.
Исправим недосказанность автора анализа. Текст оригинала – ниже. В тексте курсивом мои комментарии и дополнения.
***
Не было печали у красивой и успешной Катерины, героини Веры Алентовой в фильме «Москва слезам не верит» — так прицепился к ней в электричке неотразимый Гога, он же Жора! Он интуитивно мне не нравился еще с юности. А теперь-то я со всей ясностью понимаю, какая жизнь началась у Катерины в 40 лет… Очень «веселая» жизнь.
Итак, разберем этого субчика.
В электричке Гога сходу ведет себя бесцеремонно, нарушая личные границы незнакомой женщины. Сначала он ее упорно разглядывает, затем цепляется с разговором (таким псевдоискренним, псевдопростецким, призванным быстро сократить дистанцию, создать иллюзию близости), в ходе которого ставит героине несколько «диагнозов» (мужика нет, по работе — не выше, чем мастер), потом неуместно переходит на «ты». Отчего Катерину совершенно справедливо коробит, и она стремится отвязаться от этого типа.
Важный нюанс. Гога глубокомысленно подмечает, что у Катерины взгляд незамужней женщины — потому как «оценивающий». Хотя на самом деле, оценивает-то он, таращась на нее («поддержание пронизывающего зрительного контакта» Сэм Вакнин указывает как характерное для нарцисса) и сразу же мелкими провокациями проверяя на податливость насилию. Определяя взгляд женщины как оценивающий, он проецирует на нее свою вечно оценивающую и сравнивающую нарциссическую натуру.
Абсолютно в нарциссическом духе Гога начинает бурное ухаживание. Навязывает себя в качестве провожатого — при этом не забыв обратить внимание Катерины на то, что денег у него хватит только на такси до ее дома, а уж до своего ему придется идти пешком. Мол, оцени размах моей жертвы.
Тип из электрички не нравится Катерине. Но вместе с тем… интересен. Интересен тем, что говорит и ведет себя «не как все». Точнее, держит себя нагло и фамильярно. Что ошибочно принимается Катериной (и многими тысячами зрительниц) за мужественность, уверенность и силу.
Дело в том, что в современном обществе понятие “мужественность”, равно как и понятие “женственность” злонамеренно искажено, извращенно и подменено суррогатом мужественности и женственности. У современного зобожителя нет ни малейшего понятия, что такое “природный эталон мужественности”, каково это “быть мужчиной” – суррогат один. Поэтому не удивительно, что на фоне обычных мужиков – “овощей с яйцами” – манипулятор и позер Гога, со своей нахрапистостью выглядел “мужественно”.
А дальше Гога прилипает к Катерине. На следующий день он подкарауливает ее у подъезда и чуть ли не вырывает у нее сумки. Вот это мужик, млеем мы у экранов. А ведь героиня не мешок с картошкой прет. Она несет нетяжелые сумки, с которыми вполне себе справлялась за 20 лет безмужней жизни.
Так Гога еще глубже внедряется в личные границы Катерины. Попав в квартиру, он осматривается и понимает, что это он удачно попал. Детали его беспардонного поведения я почерпнула в книге Валентина Черных, которая была положена в основу сценария:
Гога осмотрелся, заглянул в комнату Катерины.
– Ну как? – поинтересовалась Катерина.
– Годится. Судя по блеску стекол и ворсу ковра, убирала не больше суток назад. Готовилась к встрече со мной?
– Ты угадал, – подтвердила Катерина. – Угадывай дальше.
– Я думаю, что мы будем ужинать.
– Опять угадал. Только я минут десять отдохну.
– Отдыхай, – разрешил Гога.
Он прошел на кухню, открыл холодильник, изучил его содержимое, заглянул в настенные шкафы.
Обольщение превращается в феерию: Гога «разрешает» Катерине посидеть в кресле и бросается готовить ужин. Причем, заметьте, чужими руками, тут же приспосабливая Александру под чистку лука.
Далее Гога устраивает шоу во славу себя, любимого: собирает людей на пикник по случаю своего дня рождения. Во-первых, врет — день рождения у него в другое время. Во-вторых, такие инсценировки — явный признак человека манипулятивного, лживого, знающего как обольстить и проделывающего подобные штуки не впервой. В-третьих, он отжирает нарцресурс сразу из нескольких источников: у Катерины, Александры, друзей.