-.Вот девки, хотите, я расскажу, как это бывает? — говорит Танька, раскуривая свою трубочку. — Почему я после прихода мамы варёная. Я долго не понимала, как она это делает. Она, вроде, ничего такого, но блин! (Танька изображает судорогу) Она приходит, и я прям не могу, у меня внутри струна появляется, под горло.
Короче, вот вчера. Половина десятого вечера, сижу, втыкаю в ноут, никого не жду.
Приходит мама. Без звонка.
Мама принесла айран. О, говорит заходя, я с айраном!
Ясно, сегодня айран. Это может быть капуста, мандаринчики, творог, но сегодня — айран. На самом деле это не так часто, мы, бывает, и по три недели не видимся, но всегда как-то… внезапно. А тут мы ещё и виделись вчера.
Ну чё, мама, заходи.
С мамой надо что-то делать. Маму надо как бы принять. Потому что ты пойдешь сядешь за ноут, а она будет стоять посреди комнаты как засватанная. Но ты всё равно садишься и берёшь свой ноут. Потому что у тебя была идея, да и мама знает, где что, да и блин.
Но мама говорит: ой, а где тут можно сесть? Гостья, впервые в доме, все десять лет. Стоя перед диваном где все обычно и сидят. Ещё есть пару стульев, садись. Нет, маму надо усадить.
Мама сидит недолго. Ты пытаешься подавить обречённость. Она встаёт и начинает бродить по квартире как по Эрмитажу, типичный турист, ой, а что это у нас тут такое, любопытное? Мама держит руку над конвектором, как бы мимоходом. Смотрит на циферку температуры.
-26, Танечка, не жарко? Сильно прям!
Тебе не сильно. Тебе норм.
Мама заходит в ванную. Какое у тебя хорошее зеркало, слышно из ванной, оно худит.
Мама находит на кухне бутылку морковного сока, читает этикетку, говорит вслух: о, морковный сок пьёшь, молодец.
Мама говорит: о, иголочки с золотыми ушками. Уже в комнате, на полочке нашла. То что надо, говорит мама. Спрашиваешь маму: тебе надо иголочки? Мама: нет, оставь себе, это если будешь шить — это прелесть просто.
Мама видит аптечку. Ты искала пластырь час назад, аптечку в шкафчик не убрала, ты ж маму не ждала.
А у меня лекарств нет, я их не употребляю, говорит мама. Смотрит недоумённо на аптечку, будто о, аптечка, ну надо же, здесь? И начинает как бы мимоходом перебирать. Так, уголь активированный, поняяятно, три пачки, даа, фурацилин, агга, леденцы от горла, Танечка, что, горло болит? Ацикловир. Для чего ацикловир не знаю…
Ты молчишь и делаешь вид, что не слышишь.
Но ты уже точно знаешь, что герпес твой — от папы (они с мамой давно не живут, раньше ты не знала). Герпес у тебя в 25 начал выскакивать, зараза, сам, раз в сезон. И ты всё думала: ну привет, ну откуда, потому что ты всю жизнь была в курсе, что он заразен и береглась.
Мама же всю жизнь гордилась, что у неё герпеса не было. А потом папа сказал, что у него тоже, оказывается, в крови.
И у тебя проскакивает герпес, да. У одной из всей семьи. Не считая папы.
Оно пофиг, ты уже доросла до того возраста, когда можешь себе позволить иметь свой личный герпес, но всё равно молчишь. От чего блять ацикловир? От герпеса, мама.
Но молчишь. Мама, кстати, и не задававшая прямой вопрос, как бы всё равно делает паузу, как для ответа. А ты старательно занята. Причём да, ты занята, ты сидела и в ноутбуке ваяла, пока есть вдохновение, и думала с пользой провести вечер. А тут мама. В половине десятого. Без предупреждения.
А у тебя ещё трубочка на столе, и пакетик, и на тетрадном листике ещё насыпано, потому что креативишь. А тут мама и айран.
Говоришь из-за двери, а, мама, сейчас, где же эти ключи.
Пока ищешь ключи, зажав их в руке, чтобы не звенели, прячешь это добро. Чуть не рассыпаешь, конечно.
Открываешь дверь, мама заходит. Я, говорит, решила зайти.
Спрашиваешь: о, мимо шла? Нет, оказывается, специально из дома ехала. Ну ооок, не впервой.
Мама говорит: я привезла тебе айран. И тут же начинает объяснять, это такое типа сыворотки с солью, но она не очень, ты много не пей.
Ставит айран на стол, идёт по квартире.
Так вот, мама, не дождавшись ответа, кладёт ацикловир, слегка перебирает другие таблетки ииии… Бинго! Возвращается к ацикловиру. Снова берёт в руки и снова, как бы в пространство, хмм, от чего ж ацикловир? Вот не знаю…
И снова пауза как на ответ.
Молчишь. Потому что мама, отъебись от аптечки.
Мама кладёт ацикловир, ясно, ясно, мне тут никто не отвечает, и идёт дальше, как бы ощупывая взглядом, ага, ага, всё на местах. И даже дочь как всегда за компьютером.
Зеркало в ванной, морковный сок, иголки с золотыми ушками. Аптечка. Вино. У тебя шестилитровая бутыль. Друг вчера привёз неплохое домашнее вино.
Ой, его надо на холод, говорит мама. Танечка, его на холод надо.
И сразу начинает тарабанить шестилитровую бутыль на балкон. Балконная дверь нараспашку, тебе дует холод, а ты любишь свои 26. Ты нахрен в прошлой жизни южанином была. А в этой и при 26 сидишь в кофточке и раздеться не хочется. Бутыль. Балкон.
Мама возвращается с балкона и начинает напевать песенку. Без слов, на слабоугадываемый мотив: мммм…мммм…ммм..ммм.