Светлана остановилась возле большого зеркала в прихожей и осторожно поправила ажурный воротничок своего нарядного платья. Сердце взволнованно стучало в груди. Сегодня предстоял особенный вечер. Впервые после свадьбы они с мужем устраивали настоящий семейный ужин в своей небольшой, но удивительно уютной съёмной двухкомнатной квартире.
В гости ожидались Светины родители — Пётр Николаевич и Анна Васильевна. Они выехали ранним утром из маленького провинциального городка, расположенного в трёхстах километрах от столицы. Дорогу супруги преодолевали на старенькой, немало повидавшей «Ладе», которую Пётр Николаевич с неизменной нежностью называл своей «ласточкой».
Со дня свадьбы Светы и Дениса прошло всего три месяца. Торжество получилось совсем скромным, почти студенческим: несколько столиков в небольшом кафе возле набережной, простые закуски, музыка и весёлые танцы до позднего вечера. Из-за праздничной суеты родители молодых практически не успели познакомиться поближе. Теперь Светлана мечтала восполнить этот пробел. Ей хотелось, чтобы сегодняшний ужин оставил у всех самые приятные воспоминания.
По квартире распространялись невероятно аппетитные запахи. В духовке подрумянивалась курица с картофелем, щедро приправленная чесноком и ароматным розмарином. На кухонном столе остывали хрустящие слоёные пирожки с яблочной начинкой. Света провела за приготовлением угощений почти всю ночь: сворачивала закусочные рулетики, шинковала овощи для салатов, до сияния полировала хрустальные бокалы. Ей очень хотелось показать родным, что она умеет заботиться о доме, любит своего мужа и всегда рада дорогим гостям.
Мать Дениса, Инна Леонидовна, появилась ещё утром. Она объяснила ранний визит желанием помочь молодой хозяйке, которой, по её словам, пока недоставало жизненного опыта. Правда, вся её помощь свелась к бесконечным замечаниям, колким советам и недовольным вздохам.
Ещё при первом знакомстве Инна Леонидовна дала понять, что выбор сына её не слишком радует. Она родилась и выросла в столице, занимала должность в банке и искренне причисляла себя к представителям привилегированного общества. Светлану она снисходительно именовала «нашей провинциальной девочкой», а город её родителей называла глухоманью. Судя по словам свекрови, там до сих пор не существовало нормальных дорог, а местные жители круглый год ходили едва ли не в валенках.
Инна Леонидовна прошла по коридору мимо невестки и направилась на кухню. Там Денис как раз заканчивал протирать старинный фарфоровый сервиз, оставшийся ему от бабушки. Эта посуда была одной из немногих дорогих семейных реликвий, и мужчина обращался с ней особенно бережно.
Внезапно Светлана вспомнила о свадебном подарке крёстной — красивых хрустальных фужерах, которые так и остались в коробке. Она легонько хлопнула себя по лбу и отправилась за ними. Мягкие домашние тапочки совершенно не издавали звуков, поэтому к кухне Света подошла незаметно.
Дверь была слегка приоткрыта. Молодая женщина уже собиралась войти, но неожиданно услышала раздражённый шёпот свекрови.
— Денис, ну живее! Отдай мне банку, я кому сказала! — требовательно произнесла Инна Леонидовна.
— Мам, зачем ты это затеяла? — растерянно спросил её сын.
Света невольно посмотрела в дверную щель.
Свекровь держала большую стеклянную баночку с красной зернистой икрой. Накануне Денис специально купил её к приезду тестя и тёщи. Вернувшись из магазина, он радостно продемонстрировал покупку жене.
— Светик, хочу, чтобы твои родители увидели: у нас всё хорошо, мы можем позволить себе накрыть достойный стол. Пусть порадуются за нас!
Теперь же эта самая банка оказалась в руках Инны Леонидовны.
— Как это зачем? — недовольно прошипела женщина, крепче прижимая деликатес к себе. — Сейчас заявятся её бедные родственнички! Денис, да они такую еду, наверное, только на картинках видели! Набросятся, ложками всё вычерпают за несколько минут, даже не поймут, что едят. А продукт-то дорогущий! Лучше оставим себе, потом спокойно полакомимся в своём семейном кругу. Чего застыл? Убирай икру немедленно!
Светлана перестала дышать.
От услышанного внутри словно что-то оборвалось. Особенно больно ударили слова о бедных родственниках. Её отца и мать, честных, трудолюбивых людей, которые всю жизнь работали, никогда не жили за чужой счёт и не жаловались на судьбу, здесь называли едва ли не голодными попрошайками.
И происходило это в доме их собственной дочери.
Однако сильнее всего Свету волновала реакция Дениса.
Она отчаянно надеялась услышать его возмущённый голос. Сейчас муж должен был остановить мать, объяснить ей, что так разговаривать о родителях жены недопустимо, что они приехали не за икрой, а ради встречи с близкими людьми.
Но ответа не последовало.
Денис молчал, неловко переступая с ноги на ногу. И вдруг Светлана увидела перед собой не взрослого супруга, с которым совсем недавно создала семью, а испуганного мальчишку, привыкшего во всём уступать властной матери.