Лариса набрала Ирину в субботу чуть позже восьми утра. В этот момент Ирина стояла возле кассы в небольшой пекарне и уже второй раз прикладывала банковскую карту к терминалу. Аппарат снова недовольно пискнул и отказался проводить оплату.
– Ир, ты сегодня сможешь куда-нибудь выбраться одна? – вместо обычного приветствия спросила подруга. – Без Олега, без детей. Мне нужно с тобой поговорить. По телефону не хочу.
– У вас с Геной опять проблемы? – Ирина зажала телефон между плечом и ухом, одновременно принимая у продавщицы пакет с еще теплыми булочками.
– Нет, с Геной все нормально. И со мной тоже. Давай встретимся в двенадцать возле торгового центра, в том кафе, где мы в прошлый раз ели штрудель.
Ирина согласилась, не задавая лишних вопросов.
Она решила, что Лариса снова поссорилась со своей сестрой из-за дачи либо наконец собралась уходить с работы, о чем рассказывала уже несколько лет подряд.
Вернувшись домой, Ирина крикнула детям из прихожей, что выпечка лежит на кухонном столе, а Олегу сообщила, что ненадолго встретится с Ларисой и вернется после обеда.
Муж сидел перед ноутбуком в растянутых спортивных брюках. Услышав ее, он лишь кивнул, даже не оторвав взгляда от экрана.
Лариса уже ждала.
Она специально выбрала столик возле стены, подальше от больших окон. Когда Ирина села напротив, подруга несколько минут молча водила ложкой по чашке капучино, хотя сахар туда никогда не добавляла.
Наконец она отодвинула кофе в сторону.
– Я вчера была на Садовой. У Маринки день рождения отмечали, – начала Лариса. – Там напротив кафе, стеклянное такое, с огромными окнами. Ир… я увидела там Олега. Он сидел с женщиной.
Ирина неожиданно улыбнулась.
В первую секунду слова подруги показались ей почти нелепыми.
– Лар, у них сейчас большой проект. Он постоянно встречается с подрядчиками. Там куча женщин работает. Они по нескольку раз в неделю где-нибудь сидят и обсуждают дела.
– Я сама именно так сначала и подумала.
Лариса достала телефон, нашла нужную фотографию и положила аппарат перед Ириной экраном вверх.
– Поэтому я и сняла их. Решила, что потом посмотрю нормально и посмеюсь над собой, что зря напридумывала.
Фотография получилась не очень четкой.
Снимали через дорогу и стекло. В одном углу расплылось желтое отражение уличного фонаря.
Но ошибиться было невозможно.
Олег сидел в сером пиджаке, который Ирина сама забирала из химчистки буквально два дня назад.
Напротив него находилась женщина.
Олег держал ее ладонь в своей руке и наклонился настолько близко, что их лица почти соприкасались.
И улыбался.
Так Ирина давно не видела, чтобы он улыбался ей.
Похожую улыбку она помнила лишь по старым семейным снимкам с их поездки в Анапу.
– Ты уверена, что это он? – спросила Ирина.
И тут же мысленно разозлилась на себя.
Конечно, она прекрасно понимала, кто изображен на фотографии.
– Уверена, – тихо ответила Лариса. – Я вообще сначала решила промолчать. Стояла там и думала: какое мое дело? Вдруг рабочая встреча, мало ли что происходит у людей. Но потом они вышли из кафе. Возле машины обнялись. Он гладил ее по спине… Ир, я не хочу разрушать тебе семью. Но если бы ничего не сказала, потом сама не смогла бы спокойно смотреть тебе в глаза.
Ирина попросила отправить фотографию ей.
Лариса несколько секунд колебалась, но все же переслала снимок.
Ирина даже не стала рассматривать его второй раз.
Просто спрятала телефон на дно сумки под кошелек, салфетки и всякую мелочь.
По дороге домой она трижды открывала переписку с мужем.
Последним сообщением от Олега было обычное: просьба купить молоко.
Чуть ниже стоял ее ответ со смешным смайликом.
Ирина набрала короткий вопрос из двух слов.
Стерла.
Написала другой, гораздо длиннее.
Тоже удалила.
А потом специально вышла из автобуса на остановку раньше и пошла пешком, лишь бы оказаться дома хотя бы минут на десять позже.
Когда она открыла дверь квартиры, из кухни тянуло жареными котлетами.
Даня и Соня сидели за столом и выясняли, кто сегодня должен выносить мусор. Соня уже успела расплакаться от злости, а Олег стоял возле разделочной доски и резал батон огромными кривыми ломтями.
– Ты где так долго? – спросил муж, не поворачиваясь. – Я тебе звонил, ты не ответила. Мы макароны сделали. Давай садись, пока не остыли.
– Мам, скажи ему! Вчера мусор выносила я! – Соня дернула мать за рукав.
Ирина молча посмотрела на Олега.
Долго.
Будто впервые увидела перед собой совершенно постороннего человека.
На его щеке еще оставалась полоса от подушки. Футболку он умудрился надеть наизнанку, и наружу торчали швы.
Все было привычным.
До боли знакомым.
Она знала каждую его морщинку, привычку, жест.
И именно поэтому внезапно стало трудно дышать.
На секунду Ирине захотелось вытащить телефон, положить его посреди кухонного стола рядом с кастрюлей и прямо при детях потребовать объяснений.
Она уже расстегнула молнию на сумке.