Текст уже написан на русском языке, поэтому я полностью его уникализирую, сохраняя исходный смысл, объём, структуру, последовательность событий, диалоги и количество абзацев. Картинки не добавляю — только текст.

— Твоя сестра притащила в нашу квартиру каких-то незнакомых мужиков и устроила здесь попойку, пока нас не было! Всё, это стало последней каплей!

— Твоя сестра притащила в нашу квартиру каких-то незнакомых мужиков и устроила здесь попойку, пока нас не было! Всё, это стало последней каплей! Я отобрала у неё ключи и выставила за дверь! Пусть теперь ищет другое место для своих гулянок! И если ты сейчас хотя бы попробуешь встать на её сторону, я подаю на развод! — кричала жена, резко указывая рукой на разгромленную гостиную.

Сергей застыл прямо у порога, так и не успев снять второй ботинок. Тяжёлый кожаный портфель медленно выскользнул из его внезапно ослабевшей руки и с глухим ударом упал на грязную плитку в прихожей. Мужчина ошарашенно переводил взгляд с одного угла комнаты на другой, пытаясь хотя бы приблизительно оценить масштаб произошедшего. Квартира, которую Елена всегда держала практически в стерильной чистоте, теперь больше напоминала захудалый привокзальный притон после многодневной пьянки. В воздухе висел плотный, почти физически ощутимый запах прокисшего пива, перегара, застоявшегося сигаретного дыма и немытых человеческих тел. По светлому ламинату растеклись липкие пятна неизвестного происхождения, поверх которых валялись серый пепел, раскрошенные чипсы и раздавленная шелуха от семечек.

Недавно купленный дорогой диван светлого оттенка был весь покрыт жирными разводами и усеян окурками, которые непрошеные гости, судя по всему, без всяких сомнений тушили прямо о подлокотники. На ковре виднелись несколько чёрных прожжённых пятен, а рядом с телевизором валялась перевёрнутая пепельница, содержимое которой рассыпалось по тумбе и электронной технике. Стеклянный журнальный столик оказался заставлен пустыми бутылками, грязными одноразовыми стаканами с засохшими следами томатного сока и скомканными салфетками.

— Я вернулась из командировки на сутки раньше, — голос Елены прозвучал холодно и жёстко, словно удар металла о металл. — Звонить заранее не стала. Думала, Катя сидит над зачётами, готовится, и решила её не отвлекать. Поднимаюсь на наш этаж — а входная дверь просто приоткрыта. Заходи кто угодно. Я толкаю её, захожу и вижу вот это. На нашем диване развалился и храпит какой-то здоровенный мужик в грязных кроссовках. На кухне сидят ещё двое, пьют водку прямо из бутылки, дымят в форточку и ржут на весь дом. А твоя ненаглядная сестричка, которая чуть ли не на коленях просила разрешить ей пожить у нас ради тишины и подготовки к сессии, висит на шее у ещё одного типа и язык еле ворочает. Она даже стоять самостоятельно не могла. Просто смотрела на меня стеклянными глазами и тупо хихикала.

Сергей поморщился и наконец пришёл в себя. Он снял пальто, небрежно бросил его прямо поверх упавшего портфеля и стянул второй ботинок. Сделав несколько шагов вперёд, он тут же услышал отвратительное чавканье: носок прилип к липкому полу.

— Лена, подожди, — нахмурился Сергей, с отвращением рассматривая кусочек размокшей еды, прилипший к ткани. — Какие ещё мужики? Какая попойка? Катя готовилась к экзаменам. Она сама звонила мне вчера вечером и говорила, что сидит по уши в конспектах. Может, это её однокурсники пришли вместе готовиться? Помогали ей с предметами?

— Однокурсники? — Елена коротко и зло усмехнулась. — Эти твои «однокурсники» выглядели так, будто пару часов назад освободились из колонии. Одному минимум лет тридцать пять, лицо пропитое, пальцы в каких-то подозрительных татуировках. Они здесь, наверное, высшую математику разбирали? Хочешь ещё интереснее? Я зашла в нашу спальню — там по кровати разбросаны пустые пластиковые бутылки из-под пива, чьи-то грязные носки и табак. За два дня они умудрились превратить наш дом в настоящий свинарник.

Елена приблизилась к мужу, резко и отчётливо делая каждый шаг и даже не обращая внимания на мусор, который хрустел под каблуками.

— Я не стала вести с ними дипломатические переговоры и выяснять биографии каждого. Просто зашла на кухню, взяла тяжёлую металлическую сковороду и предупредила, что если через минуту вся эта компания не исчезнет из квартиры, я начну разбивать им пустые головы. Твоя сестрица что-то пьяно возмущалась, пыталась качать права и требовала, чтобы я уважительно относилась к её гостям. Я вытащила мои ключи из кармана её толстовки, схватила её за ворот и вытолкнула на площадку вслед за этими собутыльниками. В одних носках и растянутой футболке. Даже обуться ей не дала. Просто выставила эту пьяную красавицу за дверь, пока она пыталась натянуть куртку.

Сергей мгновенно побледнел, а уже через несколько секунд его лицо начало наливаться багровой краской. Он словно вообще не замечал ни испорченного дивана, ни залитого алкоголем пола, ни прокуренных стен. Весь его гнев моментально сосредоточился исключительно на том, что жена выставила сестру из квартиры. Он переступил через пустую бутылку и резко двинулся к Елене.