Пятничный вечер должен был пройти спокойно. Ася возвращалась домой позже, чем обычно, с тяжёлыми сумками, в которых тихо звякали бутылки оливкового масла и стеклянные банки с итальянскими томатами. После работы она специально заехала на рынок, чтобы взять хорошую говядину, свежую зелень и всё для нормального ужина.
В одном пакете лежал подарок для Дениса — бутылка редкого мальбека, которую он искал уже почти полгода. Ася надеялась, что тихий вечер, ужин и бокал хорошего вина помогут им наконец поговорить. Не обменяться привычными фразами, а именно поговорить. Честно. По-настоящему.
Ключ щёлкнул в замке. Дверь открылась, и квартира встретила её тяжёлым запахом пережаренного масла и лука. Прямо у входа уже стояла Галина Петровна, её свекровь. Руки упёрты в бока, губы сжаты в тонкую недовольную линию.
— Пришла наконец, ночная птица. Ужин давно остыл, котлеты как подошва стали. У нормальной жены всё к приходу мужа готово, а эта где-то шляется до темноты.
Ася молча сняла пальто и повесила его на плечики. Пакеты больно тянули руки вниз.
— Я была на работе, Галина Петровна. Совещание задержали.
— Знаю я ваши совещания. Мы тоже в своё время работали, только успевали и обед сварить, и мужа встретить, и порядок дома навести. А ты что? Носишься со своей работой, будто больше ничего в жизни нет.
Ася прошла на кухню и постаралась не реагировать. На плите действительно стояла сковорода с тёмными, пересушенными комками, которые когда-то были котлетами. Рядом остывала кастрюля с супом. Ася стала разбирать покупки, ставить продукты по местам, заодно мыть посуду, которая накопилась за день.
Галина Петровна села за стол, подперла щёку ладонью и наблюдала за невесткой так, будто проводила проверку. Из гостиной доносились приглушённые выстрелы, взрывы и музыка — Денис играл в приставку. Даже не вышел встретить её.
— Асенька, — голос свекрови вдруг стал мягким, почти сладким, и от этого по спине пробежал неприятный холодок. — Денису на стартап нужно триста тысяч. Всего неделя осталась. Инвестор, понимаешь, может сорваться. А ты ведь не бедствуешь, живёшь припеваючи.
Ася замерла у раковины. Потом медленно вытерла руки полотенцем и обернулась.
— Вчера я перевела ему пятьдесят тысяч на продвижение. До этого оплатила курсы по программированию. Какие ещё триста тысяч?
— Обычные триста тысяч! — всплеснула руками Галина Петровна. — Деньги как деньги. Неужели тебе объяснять надо? Семья — это общий бюджет. Или тебе на собственного мужа жалко? С нас бы ты последнюю рубашку сняла. Кофе каждый день покупаешь, а на семейное дело денег нет. Нахлебница ты наоборот, вот кто.
Ася крепко сжала зубы. Она вспомнила маленький капучино за двести рублей, который купила утром возле офиса. Единственная приятная мелочь за весь день. И этот кофе ей уже второй месяц ставили в вину.
— Мам, не начинай, — донёсся из гостиной голос Дениса. Он даже не поднялся с дивана. — Ась, ну ты правда стала жадной. Раньше ты верила в меня.
Ася вышла в коридор, откуда была видна гостиная. Денис лежал на диване, закинув ноги на подлокотник, и не отрывался от экрана. По телевизору носились монстры, гремели выстрелы. Мужчине тридцать четыре года. Тридцать четыре.
— Денис, давай поговорим без твоей мамы, — тихо сказала она.
— А чего это без меня? — тут же вмешалась Галина Петровна, появившись в дверях кухни. — Секреты от меня появились? Я, между прочим, тоже здесь живу. Душу в эту квартиру вложила. И нервы, и деньги. А ты нас с сыном будто чужими считаешь.
Ася медленно повернулась к ней. Душу и деньги. Сто тысяч рублей на ремонт, которые свекровь дала три года назад. Сто тысяч, о которых с тех пор напоминала чуть ли не каждый день. При том что ремонт обошёлся больше чем в полтора миллиона, и всё оплачивала Ася. Как и первый взнос по ипотеке. Как и саму ипотеку.
Галина Петровна смотрела на неё с выражением святого возмущения. Потом перевела взгляд на сына и произнесла так, будто Аси рядом не было:
— Не будет из неё настоящей жены. Только о себе и думает. Но ничего, я её ещё поставлю на место. Квартирка-то теперь общая, так что никуда она от нас не денется.
Ася не сказала ни слова. Она прошла в спальню, закрыла дверь, села на кровать и долго смотрела на свою сумку, набитую рабочими бумагами. Потом достала ноутбук и открыла банковское приложение. Полтора миллиона рублей на накопительном счёте. Её запас, её защита, которую она собирала три года. Денис об этом не знал. Галина Петровна — тем более.
Ася закрыла ноутбук и легла. Уснуть не получалось.
Она вспоминала, с чего всё началось. Пять лет назад бабушка, единственный по-настоящему близкий человек, оставила ей наследство — пятьсот тысяч рублей. Тогда Денис предложил вложить эти деньги в первый взнос за квартиру. Говорил, что у него тоже есть накопления. Но когда пришло время подписывать документы, его денег внезапно «не оказалось» — всё ушло в какой-то «перспективный проект». Квартиру оформили на Асю. Ипотеку — тоже на неё. Галина Петровна тогда сказала: «Вот и плати сама, раз такая самостоятельная. А моего сына в кабалу не втягивай».