В общий чат она отправила короткое сообщение: все доли были проданы по добровольному согласию прежних собственников, деньги выплачены полностью, подтверждающие документы находятся у неё. Обеспечивать родственникам бесплатный отдых Елена не обязана. Если кто-нибудь сомневается, пусть обсуждает документы официально, а не пытается устанавливать собственные правила возле мангала.
После этого она отключила уведомления.
Конечно, ей хотелось немедленно посмотреть ответы и снова объяснить, что она вовсе не жадная и не пытается отомстить семье Виктора за неудачный брак. Но вместо этого Елена положила телефон на верхнюю кухонную полку и занялась приготовлением ужина.
Позднее позвонил Виктор.
— Там все просто кипят от возмущения.
— Понимаю. Только больше не пытайся быть посредником и не привози их на дачу.
Бывший муж некоторое время молчал, а затем коротко ответил, что услышал её. Впервые он не добавил привычную просьбу уступить ради семейного спокойствия.
Следующие две недели прошли без происшествий. Андрей прислал фотографию установленного фильтра, а Ольга уточнила, разрешается ли собирать поспевшую смородину. Елена с удовольствием ответила, что ягоды полностью в их распоряжении. Её неожиданно порадовало само обращение за разрешением. Посторонние люди уважали её собственность гораздо больше, чем те, кого годами называли близкой роднёй.
В первых числах июля вновь позвонила Светлана.
— Лена, ты сегодня будешь дома? Можно подъехать поговорить? Я приеду без остальных.
Елена предложила встретиться в своей городской квартире.
Светлана устроилась за кухонным столом, немного посетовала на невыносимую жару и вынула из сумочки несколько сложенных бумажных листов.
— Я консультировалась с юристом. Насчёт нашей дачи.
Елена молча ожидала продолжения.
— Хотела узнать, получится ли вернуть прежний порядок. Или хотя бы добиться права иногда пользоваться участком. Юрист изучил бумаги, уточнил, действительно ли я получила деньги за долю. А потом объяснил, что с такими документами практически невозможно выиграть спор.
Светлана медленно расправила листы ладонью.
— Я ведь сама продала свою часть. Разумом это понимаю. Только почему-то всё равно продолжала считать дом нашим. Будто изменились одни документы, а больше ничего не произошло.
Елена поставила перед ней чашку свежего чая. Светлана посмотрела на неё и уже гораздо тише произнесла:
— Нам тогда срочно требовались деньги на замену автомобиля. Как раз не хватало той суммы, которую ты заплатила.
— Я прекрасно помню.
— А потом я приехала на машине, купленной в том числе благодаря этим деньгам, и стала требовать, чтобы меня пустили на участок.
Впервые за долгие месяцы Светлана сумела признать собственные действия, не обвиняя Елену.
— Я никогда не возражала против ваших приездов раньше, — спокойно ответила хозяйка. — Меня обидело другое: когда я наконец сказала «нет», ты решила, что можешь просто проигнорировать мой ответ. У меня работа, кредит, собственные планы. Я не могу жертвовать заработком ради ваших пикников.
— Но мы же не просили у тебя деньги напрямую.
— Зато вполне могли лишить меня дохода. Я обещала арендаторам спокойное лето. Они собирались расторгнуть договор, и тогда пришлось бы возвращать полученную оплату.
Светлана опустила взгляд. Несколько минут обе женщины молчали.
— Кстати, машину мы уже отремонтировали, — наконец сказала золовка. — С Андреем всё согласовали, по деньгам вопрос закрыли. А Сергей теперь, наверное, даже близко не подойдёт к этому псу.
Елена лишь кивнула. Узнавать подробности финансовых договорённостей между хозяином собаки и владельцами автомобилей она не собиралась.
— Слушай, а осенью нам можно будет собраться? — осторожно поинтересовалась Светлана. — Когда жильцы уже съедут. Вика тоже хотела приехать. Между прочим, после той истории она очень сердилась на нас за то, что мы во второй раз поехали вопреки твоему запрету.
В голосе золовки больше не звучала прежняя убеждённость, что отказ Елены можно считать лишь временным препятствием.
— Возможно, Света. Но только если заранее всё обсудим и согласуем.
Светлана глубоко вздохнула.
— Ладно. Тогда сначала позвоню.
Когда гостья ушла, Елена принялась мыть две чайные чашки. Полностью избавиться от накопившейся обиды она пока не могла. И всё-таки сегодня произошло нечто важное: у неё впервые по-настоящему попросили разрешения и спокойно приняли необходимость дождаться ответа.
Оставшаяся часть лета прошла без незваных посещений. Рекс находился под присмотром своих хозяев. Ольга время от времени присылала фотографии: Тимофей поливает растения из маленькой лейки, на кустах созревает смородина, за окном идёт летний дождь. Сама Елена тоже не приезжала без согласования, ведь до завершения августа дом находился в полном распоряжении арендаторов.