— Это ещё куда вы собрались? — голос сестры мгновенно стал резким и неприятно визгливым. — К вам родная мать едет, у неё давление постоянно прыгает, а вы решили по курортам кататься? Совесть у людей должна быть! В общем, тридцатого в девять утра мы будем у вашего дома. Встречайте.
Связь оборвалась. Виктор виновато посмотрел на Ольгу.
— Ну вот, сама слышала… Она совершенно меня не слушает.
— Потому что ты не разговариваешь, а жалобно мямлишь! — выкрикнула Ольга. — Давай сюда телефон.
— Зачем? Кому ты хочешь звонить?
— Твоей матери. Раз ты не способен донести до собственной семьи, что мы не являемся бесплатным обслуживающим персоналом, придётся объяснить это мне.
Виктор протянул жене телефон с таким выражением лица, будто передавал ей боевую гранату, из которой уже выдернули чеку.
Елена Алексеевна сняла трубку почти мгновенно, словно всё это время сидела рядом с телефоном и ожидала продолжения.
— Виктор, ты наконец успокоил свою жену? — сразу же властно потребовала свекровь. — Ирина сказала, что вы там решили устроить какой-то показательный демарш.
— Это не Виктор. Это Ольга, Елена Алексеевна, — громко и отчётливо произнесла она, не позволив мужу даже открыть рот. — Слушайте внимательно, потому что повторять я не стану. Тридцатого числа мы с Виктором уезжаем. Вернёмся только пятого января. Поэтому приезжать к нам не нужно.
— Ты… Да как ты вообще смеешь? — от возмущения голос свекрови начал дрожать. — Кто ты такая, чтобы запрещать мне приезжать? Я направляюсь к собственному сыну! К моему сыну! А ты постоянно настраиваешь его против родной матери! Жадная, бессовестная эгоистка! Тебе даже куска хлеба для родственников жалко?
— Мне жалко тратить собственную жизнь на исполнение ваших бесконечных капризов! — сорвалась на крик Ольга. — В прошлый приезд вы превратили мою квартиру в настоящий свинарник! Ирина за несколько дней даже чашку за собой не вымыла! Я не нанималась вам прислуживать!
— Ах ты бессовестная хамка! — пронзительно завизжала Елена Алексеевна. — Витя! Ты слышишь, каким тоном эта женщина разговаривает с твоей матерью? Если вы откажетесь нас принять, я тебя прокляну! Мы всё равно приедем, и никуда вы от нас не денетесь! Откроете дверь и примете как положено!
Внутри Ольги начала подниматься горячая и тяжёлая волна ярости. Такое же чувство появлялось у неё перед тем, как она брала в руки массивный молоток и наносила точный удар по неподатливому куску гранита.
— Тогда приезжайте, — внезапно совершенно ледяным голосом ответила она. — Обязательно приезжайте. Только вам останется разве что поцеловать запертую дверь.
Она завершила разговор и швырнула телефон на диван.
— Ты ведь не сможешь так сделать, — едва слышно проговорил Виктор, с испугом глядя на жену.
— Ещё как смогу. И если ты, Витя, сейчас начнёшь жаловаться, уговаривать меня или защищать их, я поеду с Катей и Андреем без тебя. А ты останешься здесь, будешь варить холодец, запекать гуся и слушать рассказы о том, какая у тебя ужасная жена. Решай. Немедленно. И помни, что любой выбор будет иметь последствия.
Утро тридцатого декабря выдалось хмурым, бессолнечным, но хотя бы сухим. Собранные чемоданы уже стояли в прихожей. Ольга как раз застёгивала сапоги, когда в дверь раздался длинный и настойчивый звонок.
— Это они, — Виктор застыл посреди коридора, сжимая в руках сумку с лыжными ботинками. — Приехали даже раньше, чем обещали.
— Открывай, — твёрдо приказала Ольга.
Виктор медленно повернул ключ в замке и распахнул дверь. За порогом действительно стояла целая делегация: массивная Елена Алексеевна в большой меховой шапке, раскрасневшаяся от мороза Ирина, её угрюмый супруг, обвешанный тяжёлыми сумками, и недовольный ребёнок, который беспрерывно хныкал.
— Ну наконец-то соизволили открыть! — возмущённо воскликнула свекровь, сразу делая шаг вперёд. — Мы звоним, звоним! Чего вы там так долго копаетесь? Давайте быстрее, помогайте заносить багаж!
Елена Алексеевна попыталась бесцеремонно протиснуться в квартиру, грубо отодвинув сына плечом. Однако дорогу ей мгновенно перегородила Ольга. Она встала посреди дверного проёма и крепко упёрлась ладонями в косяки, словно превратилась в цельное мозаичное панно, которое невозможно сдвинуть с места.
— Никто из вас в эту квартиру не войдёт, — громко, медленно и предельно чётко заявила она.
— Ты совсем с ума сошла? — Ирина попыталась нырнуть под рукой Ольги и проскочить в прихожую. — Немедленно отойди!
Ольга резко толкнула золовку ладонью в грудь. Это был не слабый символический толчок и не осторожное женское движение. Она оттолкнула Ирину так, как привыкла сдвигать с места тяжёлую каменную плиту. Золовка отлетела назад и всей тяжестью наступила на ногу собственному мужу. Тот болезненно вскрикнул и выпустил из рук объёмную сумку.
— Убирайтесь ОТСЮДА! — закричала Ольга с такой силой, что датчики движения одновременно включили свет почти на всех лестничных площадках. — Я заранее вас предупреждала! Моя квартира вам не бесплатная гостиница! Это МОЙ дом, и распоряжаться здесь буду я!