Валерия молча прошла в прихожую, взяла связку ключей Андрея и сняла запасной ключ, который когда-то был передан Тамаре Юрьевне «на всякий случай». Свекровь сразу заметила.
— Что ты делаешь?
— Забираю ваш ключ от нашей квартиры.
— Андрей сам мне его дал.
— Квартира принадлежит мне, Тамара Юрьевна. Я купила её ещё до брака. Андрей живёт здесь как мой муж, но раздавать ключи от моей квартиры без моего согласия он не имеет права.
Андрей вспыхнул.
— Лера!
— А что? Я сказала неправду?
Он промолчал.
Валерия протянула свекрови куртку, затем передвинула чемодан к входной двери.
— Сейчас Андрей отвезёт вас домой. Запасной ключ останется здесь.
— Ты меня выставляешь?
— Вы приехали без приглашения, чтобы решать, на что я должна потратить свои деньги. Да. Сейчас я прошу вас уйти.
— Андрей, ты позволишь ей так со мной обращаться?
Андрей посмотрел сначала на мать, потом на жену. Впервые за всё это время он действительно оказался между ними. И спрятаться за разговорами о семье, заботе и помощи уже не получалось.
— Мам, поехали, — тихо произнёс он.
Тамара Юрьевна посмотрела на сына так, будто именно сейчас он совершил настоящее предательство. Потом резко забрала куртку, подхватила сумку и пошла к выходу. Валерия открыла дверь.
Уже стоя на пороге, свекровь повернулась.
— Запомни мои слова, Валерия. Если однажды тебе самой понадобится помощь — ко мне не приходи.
Валерия спокойно ответила:
— Я уже очень давно не приходила.
Дверь закрылась.
Андрей повёз мать домой. Валерия осталась одна, вернулась на кухню и открыла окно настежь. С улицы потянуло прохладным воздухом, сыростью асфальта и запахом недавнего дождя. Бумажка с расчётами санатория всё ещё лежала на столе. Валерия даже не стала перечитывать её. Сложила пополам и выбросила в мусор.
Потом достала блокнот, где записывала всё, связанное с поездкой, и поставила маленькую галочку напротив пункта «Оплатить отель».
Галочка получилась совсем небольшой.
А внутри будто выпрямилась часть её самой, которая слишком долго была согнута.
Андрей вернулся примерно через два часа. Выглядел уставшим, куртка была расстёгнута. Он вошёл на кухню и остановился, увидев жену за столом.
— Мама всю дорогу плакала.
— Ты хочешь, чтобы теперь заплакала я? Тогда тебе станет легче решать, кого жалеть?
Он снял куртку и повесил на крючок.
— Ты поступила очень жестоко.
Валерия закрыла блокнот.
— Жестоко было приехать вдвоём с чемоданом и рассчитывать, что под таким давлением я сдамся.
— Я понятия не имел, что она сюда приедет.
— Но именно ты создал у неё ощущение, что вопрос уже решён.
Андрей сел напротив.
— Я хотел сделать как лучше.
— Для кого?
Он устало посмотрел на неё.
— Лер, я оказался между вами.
— Нет. Ты не между нами. Ты просто привык, что всегда отступаю я. Поэтому раньше тебе и не нужно было выбирать.
— Ты правда считаешь, что я хотел причинить тебе боль?
— Я считаю, что тебе было удобно даже не задумываться о том, причиняешь ты мне боль или нет.
Андрей опустил голову. Впервые за последние дни он не начал спорить. Просто сидел и смотрел на руки. Валерия тоже молчала. Ей больше не хотелось вытягивать из него нужные слова.
Наконец он сказал:
— Я пообещал маме помочь, потому что она уже похвасталась своей подруге, что собирается ехать. Потом ей стало неловко отказываться.
Валерия медленно посмотрела на него.
— То есть я должна была отказаться от своего отдыха и заплатить за её поездку, чтобы она не чувствовала неловкости перед знакомой?
Андрей поморщился, будто только сейчас сам понял, насколько странно это звучит.
— Если так говорить…
— А как ещё это можно сказать?
Он провёл ладонью по столу.
— Я просто не подумал.
— Именно это и страшно, Андрей. Ты не подумал обо мне, когда обещал мои деньги. Не подумал, когда три дня пытался меня переубедить. Не подумал, когда твоя мать приехала сюда с чемоданом.
— Я виноват.
Валерия не ответила.
Раньше, скорее всего, этих слов было бы достаточно. Она бы вздохнула, сказала: «Ладно, забыли», и жизнь постепенно вернулась бы в привычное русло. Но теперь извинение казалось не решением, а очередной попыткой быстро закрыть неприятную тему.
— И что теперь ты собираешься делать? — спросила она.
— В смысле?
— С тем обещанием, которое дал матери.
— Не знаю. Скажу, что ничего не получилось.
— Так и скажи. Только не нужно добавлять, что это я запретила.
Андрей поднял глаза.
— Но ведь ты действительно отказалась давать деньги.
— Нет. Это ты дал обещание, которое оказался не способен выполнить. Не перекладывай ответственность за него на меня.
Он собирался возразить, но вдруг остановился.
Похоже, впервые заметил разницу.
На следующий день Валерия поменяла замок на входной двери. Без скандалов и заявлений. Просто вызвала мастера, показала документы на квартиру и дождалась окончания работы. Андрей всё это время стоял в прихожей, мрачный и молчаливый.