Ольга слегка кивнула.
— Ничего необычного. В скандинавском законодательстве довольно серьёзно защищаются интересы людей, которые долго жили совместно, даже если официального брака не было. Если эта женщина докажет длительное совместное ведение хозяйства, она действительно может претендовать на значительную долю имущества.
Станислав несколько секунд смотрел на неё.
— Вы сможете полететь со мной?
В его голосе впервые прозвучала настоящая надежда.
— Я оплачу билеты, гостиницу, питание, ваши услуги. Назовите любые условия.
Ольга опустила взгляд на свои руки.
— У меня ещё действует финская виза. Она осталась после научных конференций и поездок. Я могу поехать. Только мне нужно договориться с мамой, чтобы она несколько дней побыла с моим сыном.
Через четыре дня они стояли у строгого здания окружного суда в Хельсинки.
С Финского залива тянул сильный холодный ветер.
Воздух был влажным и пронизывающим.
Станислав нервно крутил пальцами пуговицу на пальто.
Когда рядом появилась Ольга, мужчина на секунду замер.
Вместо рабочего халата на ней был аккуратный тёмно-серый деловой костюм.
Волосы были собраны и уложены.
Женщина выглядела так, словно последние двадцать лет проводила международные переговоры, а не вытирала пыль в его офисном центре.
Зал судебного заседания оказался светлым и прохладным.
В помещении чувствовался характерный запах бумаги и старых папок.
На противоположной стороне длинного стола сидела крупная женщина с напряжённо сжатыми губами.
Это была Айно.
Рядом с ней вполголоса переговаривались двое худощавых мужчин.
Адвокат Айно выступал первым.
Он говорил уверенно и спокойно.
По его словам, его клиентка почти восемь лет прожила рядом с Тойво, заботилась о нём, поддерживала в сложные периоды и фактически являлась его семьёй.
Следовательно, именно она должна получить основную часть наследства.
Пожилой судья внимательно слушал и время от времени делал пометки.
Ольга сидела рядом со Станиславом и почти шёпотом переводила ему каждую фразу.
С каждой минутой мужчина выглядел всё более напряжённым.
Затем Ольга что-то сказала их финскому юристу.
Тот обратился к суду, после чего ей разрешили выступить.
— Уважаемый суд, — начала женщина на настолько чистом и грамотном финском языке, что судья сразу поднял голову.
— Представитель противоположной стороны говорит о восьми годах совместного проживания госпожи Айно и господина Тойво. Однако нами были официально запрошены регистрационные сведения.
Ольга открыла папку и достала несколько документов.
— Согласно данным регистра населения, а также коммунальным и жилищным документам, имя госпожи Айно впервые появляется по адресу господина Тойво только за три месяца до его смерти.
Она положила листы перед юристами.
— Именно в тот период состояние господина Тойво резко ухудшилось, и ему потребовалась постоянная помощь. До этого времени госпожа Айно была официально зарегистрирована по совершенно другому адресу в пригородной зоне Хельсинки.
Адвокат женщины тут же наклонился вперёд.
— Это вовсе не доказывает отсутствие близких отношений! Люди могли длительное время жить на два дома!
Ольга слегка улыбнулась.
Однако голос её остался жёстким.
— Разумеется, это возможно. Но сама по себе эмоциональная близость не создаёт автоматического права на первоочередное наследование.
Она достала новые бумаги.
— Более того, в нашем распоряжении находятся копии переписки господина Тойво с лечащим врачом. В одном из писем он прямо сообщает, что его беспокоит чрезмерная настойчивость нанятой помощницы. Он также просит врача помочь связаться с племянником, проживающим в России, поскольку начинает подозревать, что теряет контроль над собственными банковскими счетами.
Ольга передала судье заверенные копии.
Тот довольно долго изучал документы, внимательно проверяя даты, адреса и подписи.
Айно заметно покраснела.
Она приблизилась к своему адвокату и начала быстро говорить ему что-то на ухо.
После этого настала очередь двух дальних родственников.
Они строили свою позицию на утверждении, что Станислав практически не имел отношений с умершим и вообще неизвестно, действительно ли он является родственником Тойво.
Однако Ольга предусмотрела этот аргумент заранее.
Ещё находясь дома, она потребовала, чтобы Станислав поднял семейные архивы.
В Финляндию они привезли документы о рождении и браках трёх поколений семьи.
Каждая справка была переведена и нотариально заверена.
Ольга выстраивала защиту практически без эмоций.
Только точные даты.
Документы.
Формулировки закона.
И прекрасное знание местной юридической терминологии.
К концу заседания даже нанятый ими финский адвокат почти не вмешивался.
Он лишь изредка кивал, фактически уступив Ольге инициативу.
Решение судьи оказалось однозначным.
Требования всех истцов отклонить.
Наследственное имущество передать законному прямому родственнику умершего.