Из того самого крана, подачу воды к которому дед однажды перекрыл, защищая её от унижений.
С тех событий прошло уже около полугода.
Сейчас вода лилась ровной, прозрачной струёй.
И всё вокруг наконец принадлежало только ей.
Эта квартира.
Каждый уголок.
Воздух, которым она дышала.
Тишина, которую больше никто не нарушал скандалами.
Она неторопливо выпила воду, оставила стакан на столе и прошла в спальню.
Улеглась на кровать и прислушалась.
За окном жил своей обычной жизнью большой город.
Где-то шумели проезжающие машины, хлопала подъездная дверь, во дворе кто-то весело смеялся.
Мир продолжал двигаться вперёд.
И её собственная жизнь тоже продолжалась.
Теперь без необходимости спрашивать разрешения на каждый шаг.
Без беспочвенных обвинений.
Без постоянных унижений.
Без чужих людей, считавших себя хозяевами в её доме.
Уже погружаясь в сон, Елена снова подумала о дедушке.
Он продал любимый катер и ни разу не упрекнул её в этом.
Ни словом не дал понять, что скучает по своей «Волне» или жалеет о сделанном выборе.
Возможно, потому, что есть вещи, перед которыми меркнет всё остальное.
Они важнее денег, дороже воспоминаний, ценнее даже любимого моря.
Елена тихонько улыбнулась в темноте.
А серебряные запонки, скорее всего, до сих пор спрятаны где-нибудь на дне сумки Жанны Петровны.
Лежат себе в квартире, где теперь распоряжается суровая Тамара, среди расписаний уборки, домашних обязанностей и бесконечных указаний.
Пусть остаются там.
Теперь это уже совершенно чужая история.
И к Елене она больше не имеет никакого отношения.