— Вот, — сказала она, протягивая папку Марине. — Дарственная на квартиру. Оформлена на Алису. Ты будешь её законным представителем до совершеннолетия.
Марина взяла документы. Открыла папку, прочитала первую страницу, потом вторую. Глаза наполнились слезами.
— Нина Сергеевна…
— Не благодари меня. Это нужно было сделать давно. Я просто не понимала, насколько всё серьёзно.
— Как Дмитрий отреагировал?
— Плохо. Но согласился. Выбора у него не осталось.
— А Кристина?
— Похоже, исчезла. Дима сказал, что она не отвечает на звонки. Думаю, её интересовала не любовь, а квартира.
Марина села на стул. Слёзы текли по щекам, но на губах появилась улыбка.
— Я даже не знаю, как вас благодарить.
— Никак не надо. Просто вырасти Алису хорошим человеком. Не похожим на своего отца.
— Он ведь не всегда был таким.
— Был. Просто я не хотела замечать. Закрывала глаза на его эгоизм, жадность, равнодушие. Думала, вырастет — станет другим. Не стал.
Из детской вышла Алиса. Она тёрла сонные глаза, но, увидев бабушку, сразу оживилась.
— Баба Нина!
— Привет, моя радость, — Нина Сергеевна присела и обняла внучку. — Как ты?
— Хорошо. А зачем ты пришла?
— Подарок принесла.
— Подарок? Какой?
Нина Сергеевна мягко улыбнулась.
— Дом. Этот дом теперь твой. Навсегда.
Алиса нахмурилась.
— Я не понимаю.
— Когда вырастешь — поймёшь.
Марина подошла ближе и крепко обняла Нину Сергеевну.
— Спасибо вам. За всё.
— Знаешь, — тихо сказала Нина Сергеевна, — когда-то моя свекровь спасла меня. Теперь я помогаю тебе. Может быть, однажды ты тоже поможешь кому-то, кому будет очень нужно.
— Обязательно помогу.
— Вот и правильно. А теперь хватит плакать. Лучше чай поставь. Я пирожные принесла.
Алиса радостно подпрыгнула.
— Пирожные! Я хочу пирожное!
Марина рассмеялась сквозь слёзы.
— Хорошо, сейчас поставлю чайник.
Они втроём сидели на кухне — бабушка, невестка и маленькая внучка. За окном светило солнце. Алиса ела пирожное и измазала щёки кремом. Нина Сергеевна смотрела на неё с тихой нежностью.
— Знаешь, — сказала она Марине, — я рада, что всё закончилось именно так.
— Я тоже.
— Дима получил урок. Может, теперь начнёт думать не только о себе.
— Может быть.
— А если нет — значит, нет. Главное, что вы с Алисой теперь защищены.
Марина кивнула. Она посмотрела на дочь, потом на Нину Сергеевну.
— Вы знаете… — она немного запнулась. — Я раньше никогда этого не говорила. Но вы для меня настоящая семья. Даже больше, чем Дима когда-либо был.
Нина Сергеевна тепло улыбнулась.
— И ты для меня. Ты и Алиса. Моя настоящая семья.
Алиса подняла голову от пирожного.
— А папа?
Женщины переглянулись.
— Папа тоже семья, — осторожно сказала Нина Сергеевна. — Просто папа сейчас далеко. Он занят.
— А когда он придёт?
— Когда будет готов.
Алиса кивнула, словно такого ответа ей вполне хватило, и снова занялась пирожным.
Марина посмотрела на Нину Сергеевну. Та едва заметно покачала головой: ребёнку не нужно объяснять больше, чем он способен понять.
— Спасибо, — прошептала Марина.
— Не за что, — ответила Нина Сергеевна. — Береги её. Это самое важное.
— Буду. Обязательно буду.
КОНЕЦ