— Твои дети от предыдущего брака жить в моей квартире не будут, — категорично произнёс Игорь, продолжая невозмутимо жевать свиную отбивную.
Эти слова прозвучали настолько спокойно и обыденно, будто он рассказывал о завтрашней погоде или просил передать ему солонку. Анна, собиравшаяся поставить грязные сковородки в посудомоечную машину, замерла и медленно прикрыла дверцу. Над плитой монотонно шумела вытяжка, а через приоткрытое окно проникал гул вечернего городского проспекта.
— Прости, что ты сейчас сказал? — переспросила Аня, поворачиваясь к супругу.
Игорь положил вилку на тарелку и удобно устроился на велюровом стуле. Всего две недели назад Анна собственноручно собирала этот стул по инструкции из ИКЕИ, пока её благоверный был «невероятно занят» просмотром очередного футбольного матча.
— Ань, только не надо устраивать трагедию, хорошо? Мы ведь взрослые, разумные люди. Я всё тщательно обдумал и пришёл к выводу, что такой вариант мне совершенно не подходит. У меня работа в продажах, постоянное напряжение, планы горят, начальство требует результатов. Домой я возвращаюсь, чтобы расслабиться и восстановить силы. А двое подростков — это бесконечный шум, крики, хлопающие двери и грязные ботинки посреди прихожей. Мой дом должен оставаться моей крепостью. И я имею полное право на спокойствие.
Анна пристально всматривалась в лицо мужа, надеясь заметить хотя бы намёк на смущение или понять, что он неудачно пошутил. Но ничего подобного не было. Напротив, Игорь выглядел чрезвычайно довольным собой, словно только что принял исключительно разумное и справедливое решение.
В браке они состояли восемь месяцев. Анна работала бухгалтером удалённо в крупной компании, получала стабильную зарплату и воспитывала двоих детей — тринадцатилетних близнецов Максима и Полину. После свадьбы супругам предстояло решить жилищный вопрос. Они договорились отказаться от съёмной однокомнатной квартиры Анны и перебраться в собственное жильё Игоря — двухкомнатную хрущёвку, которую тот унаследовал от дедушки.
Когда Анна впервые увидела эту квартиру, зрелище оказалось удручающим. Пожелтевшие от времени потолки, истёртый почти до основания линолеум и древняя сантехника, которая, казалось, застала ещё времена Брежнева.
«Сделаем небольшой ремонт, приведём всё в порядок и будем жить настоящей семьёй», — уверял тогда Игорь.
Пока шли учебный год и масштабное обновление квартиры, близнецов временно поселили у матери Анны в пригороде. Сама же женщина направила на ремонт все накопленные деньги и премию, полученную по итогам года.
Она самостоятельно искала строительные бригады, выясняла отношения с нерадивыми плиточниками, часами подбирала напольное покрытие и занималась заказом встроенного кухонного гарнитура. Участие Игоря в этом процессе сводилось к двум неизменным фразам: «Дорогая, тебе лучше знать» и «У тебя прекрасный вкус, вот сама и выбирай».
За восемь месяцев старая, обшарпанная хрущёвка преобразилась до неузнаваемости. Теперь это было современное, уютное и светлое жильё с красивой мебелью из натурального дерева, качественной отделкой и современной бытовой техникой.
И именно теперь, когда август уже перевалил за середину, а все ремонтные работы наконец завершились, Игорь внезапно решил объявить жене новые правила совместной жизни.
— Игорь, но ведь мы обо всём заранее договорились, — произнесла Анна, прислонившись поясницей к прохладной поверхности кухонной столешницы. — Дети возвращаются через неделю. Им пора готовиться к школе. Они уже начали собирать свои вещи.
— Значит, заключим другую договорённость, — беззаботно ответил супруг, пожав плечами и потянувшись за зубочисткой. — Пусть и дальше остаются у твоей матери.
— Ты прекрасно знаешь, что у мамы всего одна комната! Им втроём там совершенно негде развернуться. К тому же детям необходимо учиться в нормальной школе, а не тратить ежедневно по два часа на дорогу в электричках.
— Послушай, другие как-то справляются, — недовольно скривился Игорь. — И твои справятся. Ничего страшного с ними не произойдёт, постепенно привыкнут. Аня, постарайся посмотреть на ситуацию с моей стороны. Я только начал жить по-человечески. У нас наконец красивый ремонт, дорогущий ламинат. Представляешь, что подростки могут натворить с чужими вещами? А твоя Полина наверняка станет на несколько часов запираться в ванной. Между прочим, за коммунальные услуги в этой квартире плачу именно я. Следовательно, я вправе определять, кто здесь будет жить и какие правила соблюдать.
Анна даже не повысила голос. Не устроила скандал и не принялась швырять посуду. Вместо этого она посмотрела на сверкающий новый холодильник, оформленный в рассрочку на её имя. Затем перевела взгляд на встроенную варочную поверхность, полностью оплаченную из собственной зарплаты. Потом заметила дорогие шторы, сшитые специально на заказ, поскольку Игорю непременно понадобилась ткань блэкаут, чтобы по выходным ему не мешал утренний солнечный свет.