— Ты вообще меня слушаешь?! — свекровь решительно вошла вслед за невесткой на кухню. — Я, между прочим, с тобой разговариваю!
— Прекрасно слышу, — ответила Ольга. — Только мне хотелось бы узнать, собирается ли Алексей сам хоть что-нибудь объяснить.
Надежда Сергеевна презрительно хмыкнула.
— Алёшенька измучился! Ему и так нелегко! Ты совсем его извела своей ледяной манерой общения, вечным молчанием…
— Я шесть дней в неделю работаю, — негромко остановила её Ольга. — Выплачиваю ипотеку, занимаюсь домашними делами. Что конкретно из перечисленного вызывает ваше недовольство?
— Ипотека! — свекровь издала неприятный короткий смешок. — Да если бы не мой сын, никакой квартиры у тебя вообще не было бы! Это его жильё! Его, ты слышишь?!
Ольга осторожно опустила стакан на столешницу.
— В таком случае пусть Алексей лично мне об этом сообщит.
Муж появился на кухне приблизительно через десять минут.
Очевидно, мать успела провести с ним подготовительную беседу.
Надежда Сергеевна заняла место возле дверного проёма, демонстративно скрестив руки на груди.
Выглядела она как постановщик спектакля, который собирается наблюдать за тщательно отрепетированной сценой.
— Оль, — нерешительно заговорил Алексей, уставившись куда-то в пространство между окном и холодильником. — Тут такое дело… Я давно размышлял. Мы с Людой недавно пообщались…
— Значит, давно размышлял, — повторила Ольга.
— Ну… да.
— А когда ты планировал поставить меня в известность?
Он неопределённо дёрнул плечами.
Позади него Надежда Сергеевна слегка вскинула подбородок.
На её лице читалось такое самодовольство, словно победа уже была окончательной.
— Оля, ну зачем ты начинаешь? — поморщился Алексей. — Ты ведь сама чувствуешь, что между нами всё изменилось. Нет прежней страсти, нет той искры…
— Алёша, — Ольга чуть склонила голову набок. — Ты не забыл, что ипотечный договор оформлен на моё имя?
Наступила тишина.
— В каком смысле — на твоё?! — Надежда Сергеевна мгновенно подалась вперёд.
— В самом прямом. Три года назад мы с Алексеем вместе посещали банк. Помнишь, Алёша? Ты предложил оформить кредит исключительно на меня. Объяснил это тем, что у тебя оставалась непогашенная просрочка по предыдущему займу.
Алексей приоткрыл рот, но несколько секунд не мог подобрать слова.
— Я ведь думал… — наконец начал он.
— Что я буду бесконечно вносить платежи и ни о чём не спрашивать? — Ольга внимательно посмотрела ему в глаза. — Именно этим я и занималась. Все четыре года. Ежемесячно перечисляла собственные деньги.
— Но квартиру вы приобрели в браке! — взвизгнула Надежда Сергеевна. — Значит, имущество общее! Существуют законы!
— Разумеется, существуют, — невозмутимо согласилась Ольга. — И поверьте, я с ними знакома. Поэтому советую пока не спешить с требованиями освободить квартиру.
Она забрала со стола мобильный телефон, вышла в прихожую и набрала знакомый номер.
Ответили после третьего сигнала.
— Антон Викторович, добрый вечер. Вас беспокоит Ольга Нестерова. Простите за поздний звонок. Мне необходимо проконсультироваться с вами. Можно завтра? Да, понимаю. Ничего экстренного, но откладывать не хотелось бы.
Разговаривала она вполголоса, стоя возле входной двери.
Из кухни доносился приглушённый голос свекрови. Судя по всему, Надежда Сергеевна давала сыну очередные наставления.
Алексей отвечал короткими, неуверенными фразами.
Антон Викторович был практикующим юристом, с которым Ольга неоднократно взаимодействовала по рабочим вопросам.
Он предложил встретиться на следующий день в одиннадцать утра.
Поблагодарив его, женщина завершила разговор и вернулась на кухню.
— А вы всё ещё не ушли? — произнесла она с лёгким удивлением.
— И не собираемся! — отрезала свекровь. — Пока ты не упакуешь свои вещи!
— Тогда располагайтесь, — Ольга указала на свободный стул. — А я собираюсь поужинать.
Надежда Сергеевна покинула квартиру только около девяти вечера.
По её лицу было понятно: сегодняшний бой проигран, но капитулировать она не намерена.
На прощание свекровь бросила несколько едких замечаний о неблагодарности, наглости и о том, что за долгую жизнь ей доводилось встречать женщин «такого сорта».
Алексей проводил мать к лифту.
После этого довольно долго простоял в прихожей, затем отправился в спальню.
Лёг на свою сторону кровати, отвернулся к стене и больше не произнёс ни слова.
Ольга ещё около часа просидела на кухне.
Медленно пила чай, смотрела на почерневшее окно и пыталась разобраться в собственных мыслях.
Их квартира находилась на пятом этаже обычной панельной многоэтажки в северном районе города.
Две комнаты.
Самый обыкновенный ремонт.
Часть мебели осталась ещё от прежних владельцев.
На кухонном подоконнике стояла герань, которую Ольга привезла от мамы три года назад.
Растение исправно выпускало новые цветы, почти не требуя ухода.
Иногда Ольге казалось, что этот неприхотливый цветок — единственное существо в квартире, которое действительно живёт, а не просто существует.