— Конечно, тёть Оль! — беззаботно ответила Дарья, размазывая масло по ломтику хлеба. — Я же не планирую оставаться здесь навечно. Уже объявления просматриваю.
Но спустя неделю Ольга обнаружила неприятную перемену.
В большом шкафу в прихожей, где раньше хранились её зимние вещи, больше не было ни одного пальто. Даже дорогая шуба, которую женщина бережно держала в специальном чехле, исчезла.
Позже выяснилось, что всю одежду Дарья сложила в пакеты и отправила на застеклённый балкон.
Теперь в шкафу красовались её собственные куртки, плащи и пуховики.
В комнате Артёма ситуация оказалась не лучше. Полки заняли многочисленные коробки с Дашиной обувью, а сыновьи книги лежали неровной стопкой прямо на полу возле окна.
Ольга остановилась в дверях.
— Даша, объясни, пожалуйста, почему мои зимние вещи оказались на балконе?
— А куда мне свою одежду складывать? — девушка даже не смутилась. — У вас тут столько места пропадало. Вы же зимой всё равно постоянно в одном пальто ходите.
— Этот шкаф принадлежит мне.
— Ой, тёть Оля, ну зачем так серьёзно? Я же временно. Потом всё обратно развесите.
— А почему книги Артёма теперь валяются на полу?
— Мне полки понадобились! — Дарья недовольно надула губы. — Вы разговариваете так, словно я у вас что-нибудь украла. Между прочим, здесь мой папа живёт. Я в этом доме не посторонняя.
Ольга уже собиралась возразить, но сдержалась.
Вечером она рассказала обо всём мужу.
Роман тяжело вздохнул.
— Оль, ну потерпи ещё немного. Девчонке и без того непросто. С матерью разругалась, теперь хочет почувствовать, что у неё есть собственный угол. Ну что тебе дались эти пальто?
— Рома, мы договорились, что до конца месяца она найдёт жильё. Осталась всего неделя. Она вообще что-нибудь для этого делает?
— Конечно, делает. Я узнавал у неё.
А ещё через несколько дней Дарья начала регулярно приглашать своего молодого человека.
Станиславу было двадцать четыре года. Высокий, худощавый парень, постоянно одетый в растянутые толстовки, утверждал, что зарабатывает удалённо. Правда, где именно и чем занимается, Ольга так и не выяснила.
Обычно он появлялся около семи вечера и исчезал незадолго до полуночи.
Но иногда оставался до утра.
После таких визитов Ольга находила на кухне настоящие завалы грязной посуды. В мойке громоздились тарелки с присохшим кетчупом, кастрюля после макарон, сковородка и сразу несколько кружек.
Однажды в ванной обнаружилась чужая мужская бритва.
Во время завтрака Ольга решила задать прямой вопрос.
— Даша, Станислав у нас ночует?
— Бывает. А в чём проблема?
— Проблема в том, что квартира моя, и я не разрешала твоему парню здесь поселяться.
— Тёть Оль, да он не поселился! Просто изредка остаётся переночевать. Домой ему далеко добираться, особенно поздно вечером, — девушка спокойно откусила бутерброд. — Кстати, хотела с вами кое-что обсудить. Мне здесь уже тесновато. Шкаф Артёма занимает много места, развернуться совершенно негде. А у вас большая комната практически пустует, только телевизор стоит. Может, я туда перееду? Вы с папой всё равно в спальне время проводите. Зато в гостиной можно нормальный большой шкаф поставить и удобный стол.
Ольга медленно положила ложку.
— Даша, повторяю ещё раз. По нашей договорённости ты должна освободить комнату до конца месяца. А он заканчивается через три дня.
— Так я пока ничего подходящего не нашла. Вы ведь сами знаете, какие сейчас цены на аренду!
Вечером Роман снова произнёс уже привычные слова:
— Оля, потерпи. Даша у меня единственная дочь. Я и так практически не участвовал в её детстве. Вера постоянно препятствовала нашим встречам. Позволь мне хотя бы сейчас почувствовать себя настоящим отцом.
Ольга смотрела на мужа и понимала: он не притворяется.
Роман действительно испытывал вину перед дочерью за годы, проведённые порознь.
Жена могла понять его чувства.
Но никак не могла понять другого: почему расплачиваться за его отцовское чувство вины она должна собственным жильём?
В следующий четверг Ольга снова вернулась с работы раньше.
Проходя по прихожей, она заметила, что дверь в спальню Артёма немного приоткрыта.
Из комнаты слышались голоса Дарьи и Станислава.
Ольга снимала обувь и уже собиралась пройти на кухню, когда неожиданно услышала упоминание о себе.
— …а тёткин шкаф папа перенесёт на балкон, — уверенно рассуждала Дарья. — Там места вполне хватит. Твой компьютер поставим сюда, поближе к окну. Здесь освещение отличное.
— А рабочий стол где будет? — поинтересовался Станислав.
— Купим другой, побольше. Папа денег даст. Он мне в прошлом месяце двадцать тысяч перевёл, ещё выделит. А когда в гостиную переберёмся, тогда вообще всё красиво обустроим.
— А если твоя тётка воспротивится?
— Да что она сможет сделать? — Дарья рассмеялась. — Папа её обработает. Он всегда умеет уговорить. Мать меня назад не примет, это точно. Твоя бабушка тебя тоже видеть не хочет, ты ей надоел. Так что вариантов нет. Останемся здесь.