Все это время, дед не понимающе смотрел то на меня, то на продавщицу.
Я кинул под ноги продавщице купюру, вытащил из корзины все цветы и протянул их деду.
– На отец, бери, и иди поздравляй свою жену, – сказал я.
Слезы, одна за одной, покатились по морщинистым щекам деда. Он мотал головой и плакал, просто молча плакал…
У меня у самого слезы стояли в глазах, и комок в горле все еще не отпускал.
Дед мотал головой в знак отказа, и второй рукой прикрывал свою поломанную ветку.
– Хорошо, отец, пошли вместе, сказал я и взял деда под руку.
Я нес цветы, дед свою ветку, мы шли молча.
По дороге я потянул деда в гастроном, купил торт, и бутылку красного вина.
И тут вдруг вспомнил, что я не купил себе цветы.
– Отец, послушай. У меня есть деньги, эти 100-150 грн для меня не сыграют роль, а тебе с поломанной веткой идти к жене негоже, сегодня же восьмое марта, бери цветы, вино и торт и иди к ней, поздравляй. Прими, это лучшее, что я могу сделать для себя и своих близких.
Cлезы текли по щекам деда и падали на плащ, у него задрожали губы. В его глазах были немая благодарность и частичная непонимание настоящего момента.
Больше я на это смотреть не мог. Я буквально силой впихнул деду в руки цветы, торт и вино, развернулся, и вытирая глаза, сделал шаг к выходу.
– Мы… мы… 45 лет вместе… она заболела… я не мог, ее оставить сегодня без подарка, – тихо сказал дед. – Cпасибо тебе…
Я знал, что дед принял мой подарок ему и его супруге.
Я бежал, даже не понимая куда бегу. Я ощущал, что теперь навсегда уже стану другим,что-то пробудилось во мне и это уже нельзя будет игнорировать. Слезы сами текли из моих глаз…