Милана решила всё-таки спуститься.
Захар стоял посреди гостиной, даже не сняв расстёгнутую куртку.
Заметив невестку, он сразу повернулся к ней.
— Милан, хочу сразу сказать: к тебе никаких претензий у меня нет.
— Я понимаю.
— Просто чтобы не возникло недоразумений.
— Не волнуйся, всё ясно.
Арсений сидел на диване.
Вид у него был такой, словно лишь теперь он по-настоящему осознал, насколько неприятными могут оказаться последствия собственной инициативы, когда отвечать за обещанное приходится самому.
— А что ответил ваш арендодатель? — поинтересовалась Милана.
— Пока ничего конкретного. Я ему написал. Очень надеюсь, что он ещё не успел найти других жильцов.
— До конца месяца время пока остаётся.
— Да, это правда.
Захар вновь посмотрел на брата.
— Знаешь, что особенно обидно? Я ведь мог спокойно продолжать поиски. Нашёл один неплохой вариант рядом с Лизиной работой. Но отказался, потому что ты настойчиво говорил, чтобы я больше не суетился.
Арсений поднялся с дивана.
— Я помогу тебе найти другую квартиру.
— Теперь уж точно поможешь.
В голосе Захара не звучало ни малейшего намёка на шутку.
Он застегнул куртку.
— Всё, я поехал.
Возле входной двери молодой человек обернулся к Милане.
— Кстати, если действительно решишь продавать квартиру, могу познакомить с хорошим риелтором. Он адекватный, не станет рассказывать сказки о том, что нужно срочно уступить половину стоимости.
— Спасибо. Если потребуется, обязательно напишу.
— Договорились.
Когда Захар уехал, Арсений вернулся в гостиную.
— Ну что, довольна теперь?
Милана удивлённо посмотрела на него.
— А чему именно я должна радоваться?
— Тому, что мы с братом разругались.
— Вы поссорились из-за твоего обещания, которое ты не имел права давать.
— Могла бы поступить помягче.
— По отношению к кому?
Муж оставил вопрос без ответа.
Милана взяла со стола свою чашку и направилась с ней на кухню.
Арсений пошёл следом.
— Я ведь действительно хотел сделать доброе дело.
— Для кого именно?
— Для Захара.
— Вот здесь ты совершенно прав.
Муж упёрся ладонями в кухонную столешницу.
— Он столько лет мучается с этой арендой. Всё никак не может накопить на собственное жильё.
— Поэтому ты решил предоставить ему мою квартиру.
— Не предоставить навсегда, а разрешить временно пожить.
— А что насчёт твоей студии?
— Мы опять к этому возвращаемся?
— Нет. Больше я этого вопроса задавать не собираюсь.
Арсений выпрямился.
— Прекрасно.
— Но ещё кое-что запомни. Пока мы остаёмся мужем и женой, не нужно сообщать посторонним, будто я приняла какие-то решения, о которых сама даже не слышала.
Он посмотрел ей в глаза.
— Понял тебя.
На этом Милана сочла разговор завершённым.
Спустя несколько дней Захар сообщил, что хозяин съёмной квартиры всё-таки согласился оставить их с Лизой.
К счастью, новых арендаторов он ещё не подобрал.
Правда, поставил условие: теперь они должны заранее договориться о конкретном сроке проживания, чтобы через две недели он снова не получил неожиданное уведомление об освобождении квартиры.
Захар без возражений согласился.
После случившегося младший брат некоторое время заметно реже звонил Арсению.
Зато с Миланой продолжал общаться совершенно обычно.
Примерно через неделю вся семья собралась на ужин у родителей братьев.
В прихожей Захар сам подошёл к невестке.
— Нас всё-таки оставили в квартире.
— Да, Арсений рассказывал.
— Как минимум до зимы останемся. А там уже будем решать.
— Ну и отлично.
— А ты уже выставила свою квартиру на продажу?
— Планирую через несколько дней.
— Ясно.
На этом разговор закончился.
Захар не демонстрировал никакой обиды из-за того, что его лишили возможности бесплатно пользоваться чужим жильём.
Изначально проблема заключалась вовсе не в его желании сократить расходы.
Виноват оказался Арсений, который сначала объявил брату о принятом решении, а уже потом собирался получить согласие настоящей хозяйки.
После несложной подготовки Милана разместила объявление о продаже недвижимости.
Она окончательно вывезла оставшиеся вещи, пригласила профессиональных уборщиков, заменила несколько изношенных розеток и привела в порядок дверцу одного из кухонных шкафчиков.
Буквально через несколько дней начали приезжать первые потенциальные покупатели.
Арсений практически не участвовал в процессе.
Лишь однажды поинтересовался:
— А тебе совсем не жалко расставаться с этой квартирой?
— Нет.
— Всё-таки память о тёте.
— Именно поэтому я хочу разумно распорядиться её наследством.
Муж кивнул.
Милана ожидала, что последуют новые рассуждения.
Но он больше ничего не сказал.
После конфликта с Захаром Арсений стал значительно осторожнее высказываться о квартире.
Порой женщине казалось, что в глубине души он всё ещё считает её поступок чересчур категоричным.
Однако повторно обсуждать эту историю никто не собирался.