А в это время по двору носились две большие овчарки.
Собаки тоже почувствовали запах угощения и, судя по всему, решили, что весь обед должен достаться исключительно им.
Они мгновенно подбежали к миске, окружили чёрного кота с обеих сторон и угрожающе оскалили огромные зубы. Их низкое, злобное рычание не оставляло никаких сомнений: шутить они не собирались.
Хозяин овчарок наблюдал за происходящим из-за скамейки, совершенно не проявляя беспокойства. Более того, на его лице играла довольная улыбка.
— Да они просто развлекаются, — беззаботно сообщил он кому-то из соседей. — Посмотрите, как им весело!
У Крука окончательно подкосились ноги. Он тяжело рухнул на мокрую землю, свернулся в плотный клубок и крепко зажмурился, лишь бы не видеть прямо перед собой эти страшные собачьи клыки.
Но ожидаемой боли почему-то не последовало.
Ничего не происходило.
А потом весь двор внезапно огласился таким оглушительным визгом, шипением, рычанием и воем, что из подъезда один за другим начали выбегать встревоженные жильцы.
Крук с трудом приоткрыл глаза.
Перед ним происходило нечто совершенно невероятное.
Его воспитанник, его маленький надоедливый спутник, его любимый Репей превратился в огромный взъерошенный серый шар, из которого во все стороны торчали хвост, уши и острые когти.
Он стоял прямо между двумя овчарками и издавал такие яростные, пронзительные звуки, что даже у огромных собак испуганно прижались уши.
Овчарки начали пятиться.
Сначала осторожно отступили на один шаг. Потом ещё на два. А спустя несколько мгновений окончательно сдали позиции и, поджав хвосты, с жалобным поскуливанием поспешили убраться со двора.
Женщина, наблюдавшая за этой сценой, придвинула тарелку поближе к серому коту.
— Ну что, герой, подходи. Поешь хорошенько. Ты сегодня честно заслужил свой обед.
Репей поднял на неё взгляд. В его глазах уже не осталось ни капли страха.
Однако к еде он даже не притронулся.
Вместо этого серый кот направился к своему чёрному другу, который всё ещё беспомощно лежал на земле, и принялся осторожно подталкивать его мордой в сторону угощения.
Женщина замерла от удивления.
Крук с огромным усилием поднялся на дрожащие лапы. Репей тут же пристроился справа, подставил ему крепкий бок в качестве опоры и буквально помог добраться до тарелки.
— Вот это да! — ахнула женщина. — Неужели ты решил сначала накормить его? А он вообще тебе кто такой?
Репей посмотрел ей прямо в глаза и ответил.
Разумеется, для человеческого слуха это было всего лишь обычное кошачье мяуканье. Но женщина почему-то сразу поняла, что именно хотел сказать серый защитник.
— Значит, папочка, — тихо повторила она. — Надо же… Вот ведь какие бывают истории.
Она осторожно приблизилась к чёрному коту и попробовала погладить его по спине.
Крук недовольно отстранился, пытаясь сохранить привычную независимость, но тут же потерял равновесие и снова свалился на землю.
— Господи, да ты же весь горячий! — встревожилась женщина. — И нос совсем сухой…
Она перевела взгляд на Репея.
— Ну что, ребята? Может, пойдём ко мне домой? Там я хотя бы смогу вам чем-нибудь помочь.
Крук немедленно попытался сбежать.
Вернее, ему очень хотелось это сделать, но вместо побега получился лишь слабый рывок, после которого он болезненно застонал. Всё тело ломило так сильно, что даже малейшее движение причиняло мучения.
Чёрный кот никогда не доверял людям. Ни одному человеку. Ни при каких обстоятельствах.
Репей растерянно переводил взгляд с больного папочки на женщину и обратно. Он совершенно не понимал, какое решение следует принять. Но одного знал наверняка: оставить своего папу одного он просто не сможет.
Тогда женщина решительно наклонилась, бережно подняла тяжёлого чёрного кота на руки и крепко прижала к груди.
— Ничего, донесу, — твёрдо сказала она упрямому пациенту. — Придётся тебе немного потерпеть.
И вдруг Крук почувствовал нечто неожиданное.
Под старой курткой женщины размеренно и спокойно билось человеческое сердце. Его удары были ровными, тихими и почему-то удивительно успокаивающими.
А ещё от неё исходило настоящее, живое тепло.
Крук осторожно прижался мордой к потёртой ткани куртки и едва слышно мяукнул.
— Вот будь я сейчас здоров, непременно бы тебя оцарапал, — словно предупредил он женщину, слегка ткнувшись головой ей в грудь.
— Пойдём уже, мой грозный воин, — с улыбкой ответила она.
А Репей к тому времени уже успел юркнуть в открывшуюся дверь подъезда и теперь нетерпеливо поджидал их на лестнице.
С тех пор в небольшой квартире женщины поселились два кота.
Один — большой и чёрный. Второй — серый, крепкий и невероятно преданный.
Хозяйка так и продолжает называть их привычными именами: Крук и Репей.
Чёрный кот полностью выздоровел и, к удивлению самой женщины, довольно быстро освоил все правила домашней жизни. Он научился пользоваться лотком, привык получать еду в определённые часы и прекрасно запомнил, что на подоконнике отдыхать разрешается, а вот забираться на обеденный стол категорически запрещено.
Иногда Крук по старой привычке прижимает Репея лапой к полу, особенно когда тот чересчур разыграется и начинает носиться по квартире. Так он по-прежнему воспитывает своего подопечного, объясняя ему, как должен вести себя приличный домашний кот.
А временами чёрный хитрец бесцеремонно сталкивает Репея с коленей хозяйки и сам устраивается на освободившемся месте.
Но серый кот никогда не сердится и даже не пытается возмущаться.
Ведь это же его папочка.