В 5 лет мир маленькой героини окончательно погрузился в сумрак. Ушла из жизни мама — единственный человек, веривший, что незрячесть не делает девочку неполноценной. Смерть матери превратила уютный дом в холодную крепость, а отца — в чужого, озлобленного человека.
Для него дочь стала живым напоминанием о «проклятии». Он перестал называть ее по имени, используя лишь обезличенные местоимения «она» или «эта». Ее существование старательно скрывали: во время визитов гостей девушку запирали, словно постыдную тайну. Отец был убежден: физический недуг дочери — это кара небесная, которую нужно терпеть, но не принимать.
Сделка без права выбора
В день ее двадцатиоднолетия отец решил окончательно избавиться от «обузы». Войдя в тесную комнату, где девушка привычно изучала пальцами рельефные страницы старой книги, он холодно бросил:
— Завтра твоя свадьба
— За кого? — едва слышно спросила она.
— За нищего с окраины. Слепая и бедняк — идеальная пара.
Свадьба была лишена торжественности. Никаких белых платьев или поздравлений — лишь поспешный обряд во дворе под шепот и смешки безразличных свидетелей. Отец даже не потрудился описать ей мужа, просто толкнул ее в сторону незнакомца, велев держаться за его руку. Передав новоиспеченному зятю узелок с вещами, он произнес свои последние слова: «Теперь она твоя. Делай с ней, что хочешь». И ушел, не оборачиваясь.
Другая реальность
Жизнь в маленьком домике у мечети оказалась совсем не такой, как рисовало напуганное воображение. Здесь не было богатства, но не было и презрения. Муж оказался человеком удивительной чуткости. Его голос всегда был спокоен, а забота — искренней.
Каждый вечер он совершал маленькое чудо: описывал ей прожитый день так ярко, что она начинала «видеть». В его рассказах оживали пурпурные закаты, суета восточного базара и улыбки прохожих. С ним она впервые за много лет перестала чувствовать себя лишней.
Прозрение
Прошло время. По городу поползли слухи о загадочном благодетеле, который тайно раздает золото нуждающимся, но сам живет как простой бедняк. Поговаривали, что этот мужчина отказался от огромного состояния и знатной невесты ради жизни по совести.
Сердце отца екнуло. Дурное предчувствие привело его к тому самому скромному дому. Но дверь открыл не оборванец, а статный человек в дорогой, хоть и простой одежде. Рядом с ним стояла его дочь. Она больше не была той забитой девочкой — в ее осанке читалось достоинство, а на лице сияла спокойная улыбка.
— Я никогда не был беден, — произнес муж, глядя в глаза ошеломленному тестю. — Я искал ту, чья душа способна видеть глубже, чем глаза. И я нашел ее.
Отец хотел оправдаться, но дочь мягко перебила его: — Ты видел во мне лишь изъян, — сказала она. — Но именно темнота научила меня отличать истинное золото от подделки. Ты остался зрячим, но ослеп душой.
Старику нечего было возразить. Он стоял перед дочерью, которую когда-то считал проклятием, и впервые понимал, что проклятием все это время была его собственная гордыня.