По дороге обратно они остановились возле небольшого моста. Назар достал телефон Кати, извлёк из него аккумулятор и сим-карту, а карту памяти оставил себе. Сам аппарат разбил, после чего выбросил его части под мост.
Максим также рассказывал, что после произошедшего Назар включил на своём телефоне весёлую музыку и продолжил идти домой, размахивая руками, будто пребывал в хорошем настроении. Биту он якобы спрятал в сумку, а дома убрал в шкаф. Затем потребовал от двоюродного брата сохранять молчание и заявил, что местная полиция всё равно не станет их искать.
Для самого Терлецкого такая версия событий выглядела почти спасительной. Получалось, что непосредственно в момент нападения он находился примерно в тридцати метрах от Кати. Сам ударов не наносил, а переносить тело согласился лишь потому, что испугался угроз. Основная ответственность в таком случае практически полностью ложилась на Назара.
Подтвердить или опровергнуть рассказ Максима мог прежде всего сам Статочнюк. Однако давать показания он отказался.
Следствие не приняло версию о том, что участие Максима ограничивалось лишь присутствием рядом и последующей помощью при сокрытии тела. Следователи обнаружили в его рассказе несколько несоответствий другим материалам уголовного производства. Сторона обвинения придерживалась позиции, что к смерти Кати были причастны оба молодых человека.
На судебном процессе Максим в целом повторил историю, которую ранее рассказал во время следственного эксперимента. Полностью виновным себя он не признал, однако обратился к родителям Кати с просьбой простить его.
После этого возможность высказаться предоставили Назару. Но он произнёс только одну фразу: показания своего двоюродного брата он не намерен ни подтверждать, ни опровергать. Судья дважды переспросила, означает ли сказанное официальный отказ от дачи показаний. Назар подтвердил, что именно это и имеет в виду.
Адвокаты Статочнюка старались обратить внимание суда на наиболее слабые стороны версии обвинения. Предполагаемое орудие преступления так и не удалось обнаружить. Карта памяти Кати действительно связывала Назара с принадлежащими погибшей вещами, однако сама по себе не могла напрямую подтвердить, кто именно наносил удары.
В ходе экспертизы специалистам удалось восстановить часть переписки Назара во ВКонтакте. Среди сообщений обнаружили короткую фразу: «Я дьявол». В обычных обстоятельствах такую реплику можно было бы воспринять как подростковое бахвальство, ничего не доказывающее. Но когда эти слова прозвучали в зале суда на фоне всего произошедшего, воспринимались они уже совершенно иначе.
Для дачи показаний пригласили и классного руководителя Назара. Учительница охарактеризовала Статочнюка как вполне обычного подростка. Учился он средне, зато с педагогами и другими взрослыми был достаточно вежлив, школьную дисциплину в основном соблюдал. В сложных или стрессовых ситуациях, по словам педагога, мог заплакать. Из серьёзных школьных проступков она смогла вспомнить лишь один эпизод, когда Назар бросил петарду в умывальник.
Если слушать только такую характеристику, могло возникнуть ощущение, что учительница рассказывает о совершенно другом человеке.
Двадцать шестого марта 2019 года суд объявил приговор. Назара Статочнюка признали виновным и назначили ему наказание в виде четырнадцати лет и шести месяцев лишения свободы. Максим Терлецкий получил на один год меньше — тринадцать лет и шесть месяцев заключения.
Разницу в сроках суд объяснил в том числе поведением Максима после его экстрадиции в Украину. Терлецкий попросил прощения у родителей погибшей, дал развёрнутые показания и принимал участие в проведении следственного эксперимента. Суд расценил подобное поведение как признаки раскаяния и частичное содействие расследованию дела.
Назар, напротив, свою вину не признал, давать показания отказался и к родителям погибшей с какими-либо словами не обращался.
Но один из главных вопросов так и остался без окончательного ответа.
Почему всё это произошло?
Убедительный и однозначно доказанный мотив следствию установить не удалось. Существовали версии о ревности, старых обидах и стремлении контролировать Катю. Было известно, что Назар распространял её личную фотографию и, по свидетельствам знакомых, остро реагировал, когда девушка упоминала Максима. Эти обстоятельства позволяли выдвигать различные предположения, но ни одно из них так и не превратилось в окончательно установленный мотив.
После вынесения приговора семья Назара Статочнюка покинула Нововолынск и переехала в Луцк.
Сергей и Виктория Лыткины остались жить в Нововолынске. На могиле дочери они установили памятник. В 2023 году, незадолго до Пасхи, неизвестные похитили с памятника фотографию Кати, а позже устроили там поджог. Причём это был далеко не первый случай вандализма на её могиле.
Нововолынск эту трагедию не забыл. В небольших городах подобные события вообще редко исчезают из памяти людей. Здесь до сих пор помнят Катю, десять дней её поисков и террикон возле шахты номер три.
И помнят о том, что в тот вечер она вышла из дома всего на несколько минут, пообещав бабушке очень скоро вернуться.