— Между прочим, Ира тоже сильно расстраивается из-за всего произошедшего.
— Тогда пусть для начала оплатит ремонт моего компьютера.
— У тебя опять всё сводится к деньгам!
После этих слов Светлана завершила разговор.
Прошла одна неделя, следом другая. Ирина по-прежнему свободно навещала Олега. Светлана знала об этом хотя бы потому, что время от времени заезжала за оставшимися личными вещами и замечала в прихожей обувь сестры мужа или использованную ею чашку на кухне. Олег даже перестал искать оправдания.
О самом браке они практически больше не говорили. Общение ограничивалось обсуждением коммунальных расходов, оставленного имущества и незначительных бытовых вопросов. Светлане приходилось трудиться намного больше прежнего: после утраты крупного клиента нужно было одновременно выплачивать рассрочку за компьютер и оплачивать офис.
Через месяц она подала документы на расторжение брака.
Олег появился у неё на работе уже вечером того же дня.
— Ты действительно собираешься разрушить наш брак из-за какого-то ноутбука?
— Нет.
— Тогда из-за чего? Неужели из-за этих ключей?
— Олег, я много раз пыталась тебе объяснить. Но ты совершенно не слушаешь.
— Я вижу только одно: моя жена целый месяц живёт неизвестно где, а теперь требует развода исключительно потому, что не смогла поладить с моей сестрой.
— Конфликт у меня возник не только с ней.
— Ну разумеется! Теперь во всех неприятностях виноват исключительно я.
Светлана устало убрала руку с компьютерной мыши.
— В нашей квартире посторонние люди, которых я не приглашала, разбили мою рабочую технику. Ира отказалась возмещать ущерб. Ты потребовал вернуть ей ключи и вдобавок извиниться перед ней. Из-за случившегося я лишилась важного клиента. Пришлось брать новый ноутбук в рассрочку. А после всего этого ты за моей спиной снова дал сестре доступ в квартиру. Скажи, пожалуйста, в какой момент ты хоть раз поддержал меня?
Олег не произнёс ни слова.
— Я не обязан делать выбор между собственной сестрой и женой.
— А я никогда не требовала такого выбора. Я всего лишь хотела, чтобы ты признал очевидное: человеку, который приходит в нашу квартиру без согласования и устраивает там встречи с друзьями, больше нельзя доверять ключи.
— Но ведь речь идёт об Ире!
— Вот именно. Стоит тебе произнести её имя, и любые доводы для тебя перестают существовать.
Олег ещё долго продолжал спорить. Он обвинял Светлану в разрушении семьи из-за материальной вещи, повторял, что Ирина никому не желала зла, и уверял, что при желании можно было обо всём спокойно договориться. Однако когда Светлана прямо спросила, готов ли он теперь компенсировать стоимость ремонта вместо сестры, муж ответил:
— С какой стати я должен расплачиваться за чужой поступок? Ноутбук вообще другой человек уронил!
— Тогда объясни, почему за это обязана расплачиваться я?
На этот вопрос Олег так и не сумел ответить.
Отдельным сообщением Светлана направила Ирине требование возместить расходы на восстановление повреждённой техники. К тому времени специалисты сервисного центра уже завершили диагностику и сообщили точную сумму необходимого ремонта. Ирина ответила предельно коротко: никаких денег она платить не собирается. Её мнение осталось неизменным — Светлана сама виновата, поскольку оставила дорогостоящий ноутбук там, где его кто-нибудь мог случайно задеть.
После этого женщина решила добиваться возмещения ущерба в официальном порядке. Она сохранила фотографии разбитого компьютера, сделанные непосредственно после вечеринки, переписку с Ириной и сведения о гостях, находившихся в тот день в квартире. К большому удивлению Светланы, один из присутствовавших согласился подтвердить, что компания собралась по приглашению Ирины и что ноутбук действительно упал во время их посиделок.
Светлана не питала надежд, что спор удастся разрешить быстро. Да и даже полная компенсация ремонта не могла вернуть ей потерянного заказчика или избавить от обязательств по новой рассрочке.
Бракоразводный процесс тоже продолжался без каких-либо признаков примирения. Олег неоднократно звонил, предлагая супруге одуматься и «не доводить всё до окончательного разрыва». Однако каждый разговор неизменно возвращался к прежним обвинениям.
— Если бы ты тогда не выгнала Иру на глазах у всех её друзей… — начинал он.
— Если бы Ира не устроила в нашем доме вечеринку без разрешения, ничего подобного вообще не случилось бы.
— Ну вот, ты опять повторяешь одно и то же!
— Потому что именно с этого всё и началось.
— Нет, всё началось с того, что ты всегда относилась к моей сестре с неприязнью.
— Какая удобная для тебя трактовка.
После подобных бесед Светлана всё яснее понимала: возвращаться действительно некуда. Формально ничего не изменилось. Квартира оставалась прежней, мебель находилась на своих местах, Олег продолжал там жить, а Ирина всё так же свободно приходила в гости. Только Светланы больше не существовало в этом привычном семейном укладе.