Муж целый месяц жил с другой женщиной, а потом радостно сообщил: «Я возвращаюсь». Мой ответ был коротким: «Возвращай»

На рычаге переключения передач красовалась розовая резинка для волос.

Наверное, та самая, которой была собрана светлая причёска женщины на фотографии со штрафа.

Я сняла резинку и повесила на столбик возле калитки.

Рыболовные снасти, лежавшие в багажнике, трогать не стала.

Села за руль.

Повернула ключ зажигания.

Двигатель завёлся мгновенно, словно машина только и ждала моего возвращения.

Когда я начала выезжать, в зеркале заднего вида увидела, как распахнулась калитка.

На улицу выбежал Гена.

Без куртки, в домашних тапочках.

Он размахивал руками и что-то громко кричал мне вслед.

Я продолжила движение.

Телефон на пассажирском сиденье сразу зазвонил.

На экране снова высветилось «Гена».

Но я никогда не разговариваю по телефону, когда управляю машиной.

И в тот раз отвечать не стала.

На выезде из Сосновки включила поворотник.

Раздалось знакомое неровное щёлканье: несколько быстрых сигналов, потом один запоздалый.

За руль я впервые села довольно поздно, уже в сорок пять лет.

Практический экзамен по городу удалось сдать только со второй попытки.

Инструктор однажды пошутил, что я нажимаю на тормоз так осторожно, словно в багажнике перевозятся несколько лотков сырых яиц.

В ту ночь я тоже никуда не торопилась.

Двадцать три километра дороги проехала почти за полчаса.

Возле дома припарковала «Гранту» прямо под своими окнами.

Достала телефон и отправила мужу сообщение:

«Автомобиль стоит возле моего подъезда. Удочки завтра передам твоей матери. Заявление о разводе уже находится в суде. Деньги перечисли на карту».

После этого я ещё долго сидела в машине.

Просто сидела во дворе.

Не рыдала, не жалела себя, не пыталась кому-то звонить.

Слушала, как постепенно остывает двигатель. У нашей «Гранты» после поездки он всегда тихонько потрескивает.

В кухонном окне виднелась рыжая мордочка Пряника.

А котлеты, между прочим, я в тот самый четверг всё же пожарила.

Только не для Гены.

Для себя.

И чеснок добавлять не стала.


С той пятницы миновало уже полтора месяца.

На следующее утро Геннадий приехал в город самым ранним автобусом и отправился прямиком в полицию.

Решил написать заявление, будто собственная жена похитила его автомобиль.

Участковый, усатый мужчина примерно пятидесяти лет, пригласил меня для объяснений.

Я принесла свидетельство о регистрации машины, договор купли-продажи и документы, подтверждающие происхождение средств.

Полицейский внимательно ознакомился с бумагами, затем повернулся к Гене.

— Автомобиль забрала его законная владелица. Состава преступления здесь нет. Остальные имущественные разногласия решайте в судебном порядке.

— А мне теперь на работу как добираться? — возмутился муж.

— Общественным транспортом, гражданин. Автобусы для этого и существуют.

Я с огромным трудом сдержала смех.

Жанна позволила ему пожить у себя ещё приблизительно неделю.

После этого Гена перебрался к собственной матери.

Теперь обитает в своей старой детской комнате, где до сих пор на стене висит большой ковёр.

На первом судебном заседании по нашему разводу он опять начал со своей любимой фразы:

«Я тут подумал…»

А затем попросил судью предоставить нам время на примирение.

Судья назначила месячный срок.

Скоро состоится следующее заседание.

Из семи автомобильных штрафов мне удалось оспорить пять.

А оставшиеся два продолжали числиться за мной, пока я не погасила их из собственной зарплаты.

Не знаю почему, но именно необходимость платить за его нарушения раздражает меня едва ли не сильнее всего остального.

Сто шестьдесят тысяч рублей с накопительного счёта Гена до сих пор не вернул.

Юрист объяснила, что требование о возврате этих средств придётся рассматривать отдельно, в рамках другого иска.

Ремонт ванной так и остался только планом.

Никакую плитку я до сих пор не купила.

Оксана с той пятницы ни разу не привозила Тимошу в гости.

Звонит мне обычно по средам.

Разговоры короткие, натянутые.

В прошлую среду снова заговорила об отце.

— Мамочка, ну он же вернулся. Сам захотел вернуться к тебе. А ты среди ночи приехала к той женщине и оставила его там без машины. Другие мужья вообще не возвращаются, а их жёны всё равно ждут. И ничего.

Я не стала спорить.

Связка квартирных ключей с пластмассовой рыбкой по-прежнему лежит на полочке возле зеркала.

Я так и не убрала её подальше.

И Гене не передала.

Иногда прохожу мимо и невольно задерживаю взгляд на той рыбке с одним стёртым глазом.

Тридцать лет совместной жизни невозможно просто вычеркнуть из памяти за несколько недель.

Но и сделать вид, будто ничего не произошло, у меня теперь не получается.

Вот скажите мне откровенно: стоило ли всё-таки дождаться утра и забрать свою собственную машину при дневном свете? Или я правильно сделала, что приехала ночью, когда последний автобус из Сосновки уже давно ушёл, и увезла автомобиль прямо из-под окон Жанны?

Все текстовые материалы данного канала охраняются авторским правом. Копировать, распространять, размещать на других интернет-площадках и использовать их любым иным способом без предварительного разрешения правообладателя запрещается. Коммерческое использование материалов также не допускается.

По просьбе читательницы реальные названия населённых пунктов не раскрываются, а имена участников истории изменены.