И даже не столько ради его собственного удовольствия.
Главными зрителями должны были стать окружающие.
С тех пор слово «юбилей» звучало в нашей квартире едва ли не чаще, чем моё имя.
Муж постоянно обсуждал предстоящее торжество по телефону, отправлял сообщения, советовался с коллегами.
Причём делал всё это прямо при мне, будто моего присутствия даже не замечал.
Я стала чем-то вроде привычного предмета интерьера.
Удобным фоном, который никогда не возражает.
Однажды утром, поправляя перед зеркалом галстук, он между делом произнёс:
— Нужно будет арендовать хороший банкетный зал.
— Договорились, — ответила я. — Сколько гостей планируется?
Он неопределённо повёл плечами.
— Пока точно не знаю. Думаю, человек тридцать.
Тридцать приглашённых.
Я автоматически начала умножать предполагаемую стоимость блюд, напитков и украшения помещения.
Получалась сумма, от которой становилось не по себе.
— Тогда давай определимся, сколько можем потратить, — предложила я. — Иначе меню не рассчитать.
Муж тяжело вздохнул.
— Ну зачем ты постоянно всё усложняешь? Сделай прилично. Как принято у нормальных людей.
Выражение «как у нормальных людей» теперь звучало особенно часто.
Только я никак не могла понять, кто определяет эту норму и почему ради неё необходимо забывать о собственных возможностях.
Денег на организацию праздника муж не выделял.
Ни на следующий день, ни через неделю.
Зато пожеланий становилось всё больше.
— Рыбу закажи хорошую, а не какую-нибудь дешёвку.
— Закуски должны выглядеть достойно.
— И салаты выбирай приличные. Чтобы гости не решили, будто мы экономим.
Все эти распоряжения он бросал мимоходом, даже не останавливаясь.
А я оставалась на кухне с блокнотом и постепенно ощущала себя человеком, которому поручили построить дом без единого строительного материала.
Несколько раз я пыталась добиться конкретного ответа.
— Назови хотя бы сумму, которую готов выделить, — просила я. — Тогда смогу всё организовать.
— Потом! — отмахивался муж. — Вечно ты со своими подсчётами. Деньги у нас имеются.
Да, деньги имелись.
Только почему-то не для меня.
Чтобы хотя бы приблизительно оценить расходы, я отправилась в большой магазин.
Бродила между витринами, изучала ценники, брала упаковки с продуктами и возвращала их обратно.
Ощущение было таким, словно я случайно попала на экскурсию в чужую, недоступную мне жизнь.
Стоимость многих вещей казалась издевательством.
По дороге домой раздался звонок от Лены.
— Ну как подготовка к юбилею? — бодро поинтересовалась она.
— Потихоньку занимаемся, — ответила я.
— Какой же твой муж молодец! Такую карьеру построил!
Я привычно кивнула, хотя подруга, конечно, этого не видела.
Ложь постепенно превращалась в удобную привычку.
Почти такую же привычную, как старый домашний халат.
Вечером муж вернулся в прекрасном расположении духа.
С воодушевлением рассказывал, что руководство обещало присутствовать на празднике.
Повторял, насколько важно показать всем свой нынешний уровень.
— Самое главное — не опозориться перед людьми, — улыбнулся он.
А затем добавил совершенно буднично:
— Надеюсь, ты понимаешь, что это мой праздник.
Мой.
Он специально выделил это слово.
Не семейный.
Не наш.
И я вдруг окончательно осознала, что никакой самостоятельной роли мне на этом торжестве не отводится.
От меня требовалось лишь обслужить чужое представление об успехе.
Тем вечером я предприняла последнюю попытку поговорить о финансах.
— Я ведь не могу приготовить праздничный стол из ничего, — тихо сказала я. — Ответь прямо: ты собираешься оплачивать продукты?
Он раздражённо отложил смартфон.
Посмотрел на меня с холодным недоумением.
— Опять за старое? Я же объяснил: сама разбирайся. Неужели это настолько сложно?
И неожиданно я почувствовала не привычную обиду.
Внутри стало совершенно пусто.
— А если у меня не получится? — спросила я.
Он насмешливо усмехнулся.
— Тогда хотя бы постарайся меня не опозорить.
После этих слов всё окончательно встало на свои места.
Ночью я долго лежала без сна.
Смотрела в потолок, слушала его размеренное дыхание и думала: почему продолжаю пытаться заслужить одобрение человека, для которого давно перестала быть важной?
На следующее утро я поднялась раньше обычного.
Приготовила себе немного каши, заварила чай и спокойно позавтракала.
Никуда не торопилась.
Впервые за очень долгое время я приняла решение, о котором не собиралась никому объявлять.
Больше никаких просьб.
Никакого унизительного ожидания.
После того завтрака внутри словно сработал невидимый переключатель.
Без скандалов, без слёз, без громких обещаний.
Я просто перестала надеяться.
Больше не ждала, что муж внезапно изменится, заметит мою усталость или сам предложит поговорить.
И удивительным образом вместе с исчезновением надежды пришло облегчение.
Я составила два списка.
Первый существовал только в голове и касался предстоящего юбилея.