Сын Элис всегда был веселым ребенком, но в последнее время он съеживался, когда в комнату входил ее новый муж Сэм. Сначала она списала это на суетливость. Но потом сын рассказал ей о Сэме нечто такое, от чего у нее по спине пробежала дрожь.
Быть матерью-одиночкой никогда не входило в мои планы.
Когда я выходила замуж за своего первого мужа, Дэниела, я мечтала построить совместную жизнь и растить нашего ребенка в доме, полном любви.
Но у судьбы были другие планы.
Джереми было всего несколько недель от роду, когда, проснувшись однажды утром, я обнаружила, что Дэниел исчез.
Сначала я подумала, что он вышел на прогулку или зашел выпить кофе. Но потом я заметила, что его шкаф пуст, а чемодан пропал.
Зубная щетка тоже пропала.
-Реклама —
Я запаниковала и сразу же позвонила ему на телефон, но трубку сразу же перевели на голосовую почту.
Тогда я позвонил его лучшему другу, Крису.
«Эй, Крис, ты слышал что-нибудь о Дэниеле? Его нет дома».
— Реклама —
Тишина. Затем вздох.
«Элис, я… я думаю, тебе стоит присесть, прежде чем я расскажу тебе, что происходит».
Тогда я узнала правду.
Дэниел не просто бросил меня. Он сбежал в другую страну с другой женщиной.
С женщиной, с которой он встречался за моей спиной в течение нескольких месяцев.
— Реклама —
Я провела несколько недель в оцепенении после того, как узнала, где находится мой муж. Я не могла ни есть, ни спать, ни нормально функционировать.
И самое ужасное, что я винила себя во всем. Меня было недостаточно? Я сделала что-то не так? Почему он так нас бросил?
Но когда я наконец набралась смелости посмотреть правде в глаза, то поняла, что я тут ни при чем. Это он был эгоистом. Тот, кто предал нашу семью.
И я отказалась позволить его предательству определять меня.
Вскоре я с головой окунулась в работу, решив дать Джереми самую лучшую жизнь. Моя мама присматривала за Джереми, пока я занималась своей работой.
Постепенно боль утихла, и я начала находить счастье в маленьких моментах. Я смеялась над хихиканьем Джереми и обожала то, как он называл меня «мамочкой».
Со временем я поняла, что у нас все хорошо.
Потом я встретила Сэма.
Это был суматошный полдень в моем любимом кафе. Джереми был в детском саду, а я только что закончила долгое утро на работе.
Я потянулась в сумочку, чтобы расплатиться, но поняла, что моя карта не работает.
«Да ладно», — пробормотала я и попробовала снова.
По-прежнему ничего.
Кассирша окинула меня вежливым, но усталым взглядом, и я почувствовала, как жар смущения заструился по моей шее. Как раз когда я собиралась поставить кофе на место, позади меня раздался глубокий голос.
«Позвольте мне принести это для вас».
Я повернулась и увидела высокого мужчину с теплыми карими глазами. Он достал свою карточку и приложил ее к считывающему устройству.
«О нет, вы не должны…»
«Правда, все в порядке», — сказал он с очаровательной улыбкой. «Это просто кофе».
Я заколебалась, прежде чем вздохнуть. «Хорошо. Но дай мне свой номер, чтобы я мог расплатиться с тобой».
Он хихикнул. «Договорились».
Так все и началось. Простой акт доброты. Обмен номерами. Переписка то тут, то там.
Но потом… моя жизнь сделала неожиданный поворот. Никогда за миллион лет я не думала, что испытаю нечто подобное.
Все началось в тот день, когда мама отозвала меня в сторону. На ее лице было выражение озабоченности.
«Элис, — начала она тихим тоном. «Разве ты не видишь, что он всегда ноет рядом с Сэмом?»
Я нахмурилась. «Что ты имеешь в виду?»
«Просто понаблюдай за ним. Каждый раз, когда Сэм рядом, Джереми выглядит по-другому».
Сначала я списала это на то, что мама слишком заботится о нем. Она всегда с опаской относилась к мужчинам после того, что сделал со мной Дэниел.
Но позже, тем же вечером, я начала обращать на это внимание.
Джереми был как всегда весел, когда мы оставались вдвоем. Он смеялся, играл и бесконечно болтал о том, как прошел его день в детском саду. Но стоило Сэму войти в комнату, как что-то менялось.
Его плечи напрягались, голос затихал, а иногда он начинал плакать без видимой причины.
Это заставило меня понять, что мне нужно поговорить с Сэмом об этом.
«Эй, могу я спросить тебя кое о чем?» сказала я позже тем вечером.
Он поднял взгляд от своего телефона. «Конечно».
«Ты заметила, как Джереми ведет себя рядом с тобой?»
«Что ты имеешь в виду?»
Я заколебалась. «Он… он становится тихим. Иногда даже плачет».
«Элис, я люблю этого ребенка», — сказал он. «Я отношусь к нему как к своему собственному. Почему он…»
«Я знаю», — перебила я, не зная, обидела ли я его. «Просто… я не знаю».
Он потянулся к моей руке и сжал ее. «Может, он адаптируется. Для него это большая перемена, верно? Новая фигура отца. Для пятилетнего ребенка это очень много».
Я кивнула, желая поверить ему. Он говорил так искренне. Но в глубине души что-то было не так.
Через несколько дней я забрала Джереми из детского сада, и по дороге домой мы зашли в кафе. Он сидел на скамейке рядом со мной и облизывал свой рожок.
«Привет, дружище», — мягко сказал я. «Могу я спросить тебя кое о чем?»
Он кивнул, наслаждаясь мороженым.