«Эм… из мусорной корзины в твоём кабинете. Ты ведь всё равно собирался её выбросить, поэтому я разрешила мальчикам потренироваться».
Ответ пришёл почти мгновенно:
«Там находится личная информация! Что бы ни случилось, НИЧЕГО НЕ ЧИТАЙ. Я буду дома через десять минут».
Я уставилась на экран, чувствуя, как мысли одна за другой проносятся в голове. Личная информация? Мы никогда ничего друг от друга не скрывали — по крайней мере, до этого момента я была в этом уверена.
Даррен потянул меня за рукав, совершенно не замечая моего напряжения.
— Мам, можно мы теперь пойдём играть на улицу?
— Конечно, милый, — тихо ответила я, стараясь говорить ровно. — Только дайте мне одну минуту.
Когда мальчики выбежали из комнаты, я снова посмотрела на бумажные самолёты. Сердце билось всё быстрее. Эмметт никогда прежде не вёл себя настолько скрытно. Что такого могло быть написано на этих листах?
Несколько секунд я колебалась, но любопытство оказалось сильнее. Я взяла один самолётик и дрожащими руками начала осторожно разворачивать бумагу.
Затем я раскрыла последний самолёт. Пальцы дрожали, пока помятый лист постепенно расправлялся. Когда я прочла напечатанные строки, то словно разучилась дышать. Передо мной лежало завещание — документ, который Эмметт подготовил на случай своей смерти.
Но не сам факт существования завещания заставил меня почувствовать, как земля уходит из-под ног. Меня потрясло имя человека, которому муж собирался оставить большую часть своего имущества. Это была не я, не наши сыновья и даже не кто-то из его семьи. Наследницей значилась женщина, о которой я никогда прежде не слышала.
— Брианна? — прошептала я, и незнакомое имя прозвучало на моих губах совершенно чуждо.
Кто была эта женщина? И почему Эмметт собирался отдать ей почти всё?
Мне казалось, что весь мой мир накренился. Это не могло быть правдой. Я подняла голову, почти ожидая, что муж вот-вот ворвётся в комнату и объяснит, что произошла ужасная ошибка, что документы давно устарели или случайно оказались среди мусора. Однако вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь равномерным тиканьем настенных часов. Каждая секунда растягивалась до бесконечности.
В голове лихорадочно сменялись мысли. Я пыталась найти хотя бы одно логичное объяснение.
Может быть, Брианна была его давней подругой? Или родственницей, о существовании которой я ничего не знала? Но сколько бы я ни пыталась придумать разумную версию, ничего не складывалось. Мне были нужны ответы, и получить их я хотела немедленно.
Когда тревога уже начала сдавливать грудь, я услышала, как открылась входная дверь. Эмметт вернулся. Я поспешно собрала листы в неаккуратную стопку. Сердце грохотало в груди, а шаги мужа становились всё ближе, эхом разносясь по коридору. Он остановился в дверях. Его лицо было бледным и напряжённым, будто он заранее понимал, что именно я обнаружила.
— Камилла… — тихо начал он. В его голосе слышалась почти мольба, но я не позволила ему продолжить.
— Кто такая Брианна, Эмметт? — спросила я, поднимая дрожащей рукой завещание. — И почему ты собираешься оставить ей практически всё?
Он глубоко вдохнул. Его плечи опустились, словно на них внезапно легла тяжесть всего мира.
— Это… сложно объяснить, — произнёс он.
Я покачала головой.
— Сложно? У нас двое сыновей, Эмметт! Мы женаты почти десять лет. Что здесь может быть сложного? Кто она такая?
Эмметт провёл рукой по волосам. В его глазах отражалась такая глубокая печаль, какой я никогда прежде не замечала.
— Она… человек из моего прошлого. Это случилось ещё до нашей встречи. Я не вспоминал о ней много лет, но забыть то, что произошло, так и не смог.
— Что именно произошло? — теперь мой голос звучал почти шёпотом, а внутри нарастало тяжёлое предчувствие.
Он с трудом сглотнул и опустил взгляд на пол.
— Когда я учился в колледже, от меня забеременела девушка. Брианна. Я был молодым, глупым и напуганным. Я совершенно не был готов стать отцом. Поэтому… я ушёл. Бросил её и нашего ребёнка. У меня есть дочь, которую я никогда не видел.
Я смотрела на него, не в силах сразу осознать услышанное.
— У тебя есть дочь?
Вопрос повис между нами, тяжёлый и почти нереальный.
— Да, — признался он, и его голос дрогнул. — Джоанна. Её зовут Джоанна.
Меня захлестнула целая волна чувств: ярость, предательство, боль и отчаяние. Я не могла поверить, что всё это происходит на самом деле.
— Всё это время у тебя была дочь, и ты ни разу мне не рассказал? Ты скрывал это от меня? От всей нашей семьи?
— Мне невероятно жаль, Камилла. Я думал… думал, что смогу просто похоронить эту историю и продолжить жить дальше. Но чем старше я становился, тем сильнее меня мучила вина. Я просыпался с этим сожалением каждый день. И теперь… теперь я хочу хотя бы попытаться всё исправить.
— Исправить? — с горечью переспросила я, изо всех сил удерживая слёзы. — И как именно ты собирался это сделать? Оставить меня и мальчиков почти ни с чем? Передать всё им?