— Теперь позвони и скажи, что нельзя.
Сергей посмотрел на жену так, будто впервые за весь вечер действительно услышал её.
— Ты серьёзно?
— Более чем.
Телефон в его руке завибрировал. На экране высветилось: «Мама».
Они оба посмотрели на звонок.
Сергей не успел ответить. Людмила протянула руку.
— Дай мне телефон.
— Зачем?
— Потому что этот разговор касается моей квартиры.
Он помедлил, но всё же отдал телефон.
— Да, Валентина Ивановна, добрый вечер, — сказала Людмила ровным голосом.
На другом конце сразу послышалось оживление.
— Людочка, здравствуй! Я как раз Серёже звоню. Мы тут с Павлушей прикинули: крупную мебель пока оставим в гараже у знакомого, а самое нужное я к вам привезу. Ты не волнуйся, я много места не займу. Мне бы уголок, небольшой шкафчик и желательно, чтобы окно было не на дорогу, а то я от шума машин плохо сплю.
Людмила посмотрела на Сергея. Тот побледнел и снова сел на стул.
— Валентина Ивановна, вы сейчас говорите о переезде в мою квартиру?
— Ой, ну вот, началось, — голос свекрови мгновенно стал сухим. — Конечно, не от хорошей жизни. Я квартиру продала, сыну помогла. Разве я на старости лет должна по чужим углам скитаться?
— Нет. Вы должны были заранее решить, где будете жить после продажи квартиры.
— Так мы и решили.
— Без меня.
В трубке наступила пауза. Потом Валентина Ивановна заговорила медленнее:
— Людмила, ты жена моего сына.
— Да.
— Значит, должна понимать, что мать ему не чужой человек.
— Понимаю.
— Тогда в чём проблема?
— В том, что квартира принадлежит мне. И жить в ней можно только с моего согласия.
На кухне стало так тихо, что в коридоре было слышно, как щёлкнули часы.
— Серёжа рядом? — спросила свекровь.
— Рядом.
— Передай ему трубку.
— Нет. Сейчас мы разговариваем с вами.
— Ах, вот как.
— Именно так.
Валентина Ивановна коротко рассмеялась.
— Я знала, что ты покажешь характер. Павлу сразу сказала: Людмила у нас женщина непростая.
— Хорошо, что вы это знали. Тогда тем более странно, что решили переехать ко мне без приглашения.
Свекровь замолчала. Было слышно только её тяжёлое дыхание.
— Завтра я приеду, — сказала она наконец. — На месте всё обсудим.
— Не приезжайте.
— Это дом моего сына.
Людмила посмотрела на Сергея. Он поднял глаза, но тут же отвёл взгляд.
— Нет. Это моя квартира. Сергей живёт здесь как мой муж, а не как владелец.
— Значит, ты выгоняешь мать мужа на улицу?
— Нет. Я предлагаю вам переехать к тому сыну, ради которого вы продали своё жильё.
Свекровь резко втянула воздух.
— Павлу сейчас нельзя мешать. У него начинается новая жизнь.
— А у меня, по-вашему, можно устроить склад чужих решений?
Сергей дёрнулся.
— Люд…
Она подняла ладонь, не отводя взгляда от телефона.
— Валентина Ивановна, завтра я буду дома. Но не для того, чтобы принимать ваши вещи. Если хотите спокойно поговорить — приезжайте без коробок, без грузчиков и без Павла. Если приедете с вещами, дверь я не открою.
— Посмотрим, — процедила свекровь и сбросила звонок.
Людмила положила телефон перед Сергеем.
— А теперь поговорим с тобой.
Он устало провёл рукой по лицу.
— Можно было мягче.
— А можно было сначала спросить меня.
— Я думал, ты поймёшь.
— Нет, Сергей. Ты думал, что мне будет неудобно отказать.
Он молчал слишком долго.
И это молчание оказалось честнее любых оправданий.
На следующий день Валентина Ивановна всё-таки приехала.
Людмила увидела её из окна: свекровь первой вышла из такси, в тёмном пальто, с туго застёгнутой сумкой на плече. Следом появился Павел. Он открыл багажник и начал доставать коробки.
Людмила закрыла окно, прошла в прихожую и повернула ключ в замке.
Сергей стоял рядом с дверью.
— Может, не надо сразу так?
— Надо.
— Там мама.
— Там твоя мама, твой брат и коробки, о которых я вчера всё сказала.
Звонок в дверь прозвучал долго и настойчиво.
Сергей шагнул вперёд, но Людмила остановила его.
— Открою я.
Она приоткрыла дверь, оставив цепочку.
На площадке стояли все трое: Валентина Ивановна, Павел и водитель такси с двумя клетчатыми сумками у ног.
— Доброе утро, — сказала Людмила. — Я вчера просила приехать без вещей.
Павел раздражённо фыркнул.
— И что нам теперь, обратно это всё везти?
— Да.
Валентина Ивановна подалась ближе к двери.
— Людмила, открой нормально. Не устраивай представление перед людьми.
— Представление началось в тот момент, когда вы продали квартиру и назначили моё жильё своим запасным аэродромом.
Сергей за её спиной кашлянул.
Павел увидел брата и сразу оживился:
— Серёг, ну скажи ты ей! Мать на площадке стоит!
Сергей сделал шаг ближе.
Людмила почувствовала, как внутри всё напряглось, но с места не сдвинулась.
— Серёжа, — тихо сказала она, не оборачиваясь, — сейчас ты выбираешь не между мной и матерью. Ты выбираешь между честным разговором и давлением.
Он замер.
Валентина Ивановна тут же вскинулась: