— Эльвира, чего стоишь на пороге? — недовольно спросила она. — Заходи, пирожки скоро готовы будут.
Затем как бы между прочим добавила:
— Мы здесь с Сашенькой все обсудили. Пока ты занимаешься бумагами для регистрации Анжелы, мы гостиную нормально переоборудуем под нее.
Я молчала.
— Завтра новый диван посмотрим, — продолжала свекровь. — А то ваша кушетка слишком мягкая. У девочки спина будет болеть. Вам с Александром спальни вполне достаточно, а Анжеле нужна своя комната.
Именно в этот момент домой вернулся муж.
Как ни странно, в глубине души я все еще надеялась, что он придет в себя, принесет цветы, извинится и скажет матери с сестрой собирать вещи.
Вместо этого Александр вошел с несколькими распечатанными листами в руках.
— Вот, почитай, — заявил он и бросил бумаги на стол, покрытый мукой. — Тут люди на юридическом форуме пишут, что если один из супругов вкладывает собственные деньги в серьезное улучшение жилья, он может претендовать на часть имущества.
Я молча смотрела на него.
— За эти три года я здесь два раза менял смеситель, устанавливал люстру и собственными руками подклеивал плинтус в спальне, — продолжил Александр. — Поэтому твои разговоры про «мою квартиру» в суде могут не сработать. Мама подтвердит, сколько я здесь всего делал.
Я перевела взгляд на листы с распечатками.
Затем посмотрела на Анжелу, которая продолжала спокойно есть мою икру.
Абсурд ситуации достиг такой степени, что мне стало смешно.
Эти люди всерьез считали, что замена крана и установка люстры способны превратить человека в совладельца дорогостоящей недвижимости.
— Александр, ты сейчас серьезно? — спросила я и невольно рассмеялась.
Муж даже немного отступил.
— Если установка смесителя автоматически превращается в квадратные метры квартиры на Московском проспекте, тогда я тоже могу претендовать на долю в квартире твоей мамы. Помнишь, прошлым летом я три часа мыла там окна и оттирала пол на кухне?
— Хватит издеваться! — вспыхнул Саша. — Мама права, ты просто тянешь время. Ты жадная и совершенно не уважаешь мою семью.
Он ударил ладонью по столу.
— Завтра либо вместе едем в МФЦ и подаем документы на постоянную регистрацию Анжелы, либо я начинаю бракоразводный процесс и буду требовать компенсацию за все, что вложил сюда. Поверь, я получу то, что мне принадлежит.
Светлана Валентиновна энергично закивала.
Стояла она рядом с сыном, скрестив руки поверх фартука, словно окончательное решение уже принято.
Видимо, они искренне думали, что загнали меня в угол.
Им казалось, что я настолько боюсь потерять мужа, что сейчас сдамся.
— Хорошо, — спокойно сказала я и достала телефон. — Раз вы решили, что я здесь лишняя, а Александр действительно уверен, что смеситель дает ему право претендовать на квартиру, значит, пора заканчивать этот цирк.
Я нашла номер Юрия.
— Юра, добрый вечер. Извини, что снова беспокою. Ситуация перешла в активную фазу. Посторонние люди отказываются покидать мою квартиру, а муж заявляет имущественные права на основании бытового ремонта.
Все трое внимательно слушали.
— Подготавливай документы для развода и консультацию по снятию Александра с регистрационного учета, — продолжила я. — И отправь мне контакты нормальной охранной компании. Сегодня мне понадобятся люди, которые смогут спокойно присутствовать при выселении незваных гостей и не позволят устроить здесь драку.
На лице Александра появилась презрительная улыбка, но в глазах впервые промелькнула неуверенность.
— Ты меня напугать пытаешься? — спросил он. — Какая еще охрана? Какая полиция? Я твой муж и зарегистрирован здесь. Мои вещи находятся в этой квартире.
— Вот еще придумала! — немедленно поддержала сына Светлана Валентиновна. — Мужа из собственного дома выгонять! Да любой суд быстро объяснит тебе, кто прав.
Она воинственно выставила вперед локти.
— Ты вообще Сашеньке благодарна должна быть, что он тебя три года терпел и пытался сделать из тебя нормального человека! Анжела, никуда не уходи. Сиди спокойно.
Однако Анжела икру уже не ела.
Она растерянно переводила взгляд с матери на брата.
Похоже, девушка впервые почувствовала, что привычная семейная схема «покричать, поплакать, надавить на жалость и добиться своего» внезапно дала сбой.
Перед ними стоял человек, который уже мысленно завершил этот брак.
— Время вашего добровольного пребывания в моей квартире закончилось, — сказала я, взглянув на часы. — Скоро сюда приедут представители охранной фирмы. Я покажу им документы на собственность и попрошу присутствовать до тех пор, пока Светлана Валентиновна и Анжела не покинут квартиру.
Я посмотрела на мужа.
— Александр, тебе тоже лучше начать собираться. Если собираешься разводиться и предъявлять свои требования через суд, это твое право. Но устраивать здесь коммунальное поселение я никому не позволю.
Муж побледнел.
— Ты действительно готова все разрушить? — спросил он.