– Проходите, он вас ждёт.
Павел Андреевич совсем не походил на грозного большого начальника. Скорее на усталого преподавателя, который уже слишком многое видел и ничему особо не удивляется.
– Присаживайтесь, Татьяна, – он кивнул на стул. – Хотел бы понять, почему вы вчера написали заявление на увольнение.
Таня молчала, крепко сжимая в кармане бусину.
– Объясните мне, – Павел Андреевич смотрел ей прямо в глаза, – зачем вы решили уйти? Я слышал ваш разговор с клиентом на прошлой неделе. Вы хорошо работаете. Вы умеете продавать. Зачем вам увольняться?
Таня открыла рот и… не смогла сказать правду. Слова застряли где-то в горле. Рассказать, что начальница её выживает? Что боится конкуренции? Что унижает подчинённых, оскорбляет, заставляет таскать мебель и придирается к любым мелочам? Это означало начать войну. Настоящую, открытую и, скорее всего, безнадёжную. Елена Сергеевна останется, Таня уйдёт, а перед уходом её ещё и выставят ябедой.
– Зарплата маленькая, – выдохнула Таня первое, что пришло в голову.
Павел Андреевич слегка усмехнулся. Но усмешка была не насмешливой, а скорее понимающей.
– Маленькая, говорите? – он откинулся на спинку кресла. – А какая зарплата, по-вашему, должна быть, чтобы вы остались?
Таня растерялась. Такого вопроса она точно не ожидала.
– Ну… я не знаю… Хотя бы процентов на двадцать больше, – выпалила она.
– Хорошо, – кивнул Павел Андреевич. – А если я предложу вам не просто повышение зарплаты, а новую должность?
Таня застыла.
– Я давно наблюдаю за вашим отделом, – продолжил он. – Продажи падают. Текучка огромная. Люди уходят, новички не задерживаются. А Елена Сергеевна… – он сделал короткую паузу. – Скажем так, у неё своеобразный стиль руководства. Я не вмешиваюсь, пока отдел выполняет план. Но сейчас мы запускаем новое направление — отдел по работе с ключевыми клиентами. Это структура выше обычных продаж: статус выше, зарплата выше, отдельный кабинет. Нужен руководитель. Не человек со стороны, а свой сотрудник, который понимает специфику и умеет общаться с людьми. Я хочу предложить эту должность вам.
У Тани потемнело в глазах. Руководитель отдела? Она? Та самая, которую вчера почти выгнали по статье?
– Я… – голос сорвался. – Я не справлюсь.
– Уверен, что справитесь, – спокойно возразил Павел Андреевич. – Соглашайтесь. Второго такого предложения может и не быть.
Таня сжала в кармане синюю бусину. Ну что ж…
– Хорошо, – тихо выдохнула она. – Я готова попробовать.
– Вот это уже разговор! – оживился он. – Тогда давайте обсудим детали…
Из кабинета Таня вышла на негнущихся ногах. Павел Андреевич сказал ей сразу собирать вещи и переезжать в новый кабинет, а перевод на должность он сам запустит через отдел кадров. Елену Сергеевну тоже пообещал уведомить лично.
Когда Таня вернулась в свой отдел, все уже, кажется, всё знали. Это легко читалось по лицам: у кого-то — зависть, у кого-то — восхищение, у кого-то — шок. Елена Сергеевна побелела так, что стала почти одного цвета со своей любимой блузкой. Её губы беззвучно шевелились.
– Потапова, – прошипела она, – ты… ты…
– Елена Сергеевна, – Таня вдруг поняла, что больше не боится. – Я сейчас пойду в свой кабинет знакомиться с документами. Если будут вопросы по взаимодействию наших отделов — милости прошу. Если нет — извините, работы очень много.
Она развернулась и спокойно пошла к своему столу собирать вещи. Переезжать. В новый кабинет.
За спиной послышался звук, похожий на сдавленный всхлип загнанного зверя. Елена Сергеевна стояла посреди отдела и смотрела, как рушится её маленькое королевство.