Вскоре после инаугурации новый президент США Дональд Трамп принялся исполнять предвыборные обещания: распорядился приступить к строительству стены, ограничивающей приток мигрантов из Мексики, а также подписал указ, запрещающий въезд гражданам нескольких мусульманских стран, даже если у них есть грин-карта (американский вид на жительство). Это вызвало бурю негодования и ожидаемое сопротивление общественности.
Всего лишь полтора столетия назад предок Дональда Трампа Фридрих Трумп был таким же мигрантом, как и те, с кем борется нынешний обитатель Белого дома. Ему была недоступна ослепительная роскошь его потомка, а общественное расслоение в США тогда было ужасающим. Как начиналась американская мечта Трампов?
19 октября 1885 года германский лайнер SS Eider подплыл к нью-йоркской гавани Нью-Йорка. Двенадцать дней назад он отчалил от пристани в Бремене. Корабль проплыл мимо острова Бедлоу, на котором строился огромный пьедестал. Рядом в деревянных ящиках лежала разобранная статуя Свободы, которую еще предстояло смонтировать и установить. Как и многое в Америке, здесь все еще строилось.
На палубе стоял 16-летний подросток, чьи родные остались в Германии. Семейство Друмпфов давно упростило свою фамилию до Трумпов (а по-английски — Трампов). Юный Фридрих учился на ассистента цирюльника, но не видел особого смысла оставаться в маленьком родном Кальштадте в Пфальце, где его возможности были ограничены. У него были гораздо большие притязания.
Как и многие другие иммигранты того времени, приезжавшие в Нью-Йорк, Трамп должен был высадиться в Касл-Гарден (сейчас — форт Касл-Клинтон) на Манхэттене. Остров Эллис откроется для приезжих лишь в 1892 году. Касл-Гарден, несмотря на название, не был ни замком, ни садом; это был старинный форт, построенный на южной оконечности острова Манхэттен. Его первоначальным предназначением было отражать удары британской армии, которая норовила снова захватить эти территории, когда форт строился перед войной 1812 года. Но город рос, и приоритеты менялись, застройщики рыскали тут и там, и оказалось, что старый форт вдруг стал принимать иностранцев, а не защищать от них. Касл-Гарден был переделан в пивной сад, в музыкальный театр и, в конце концов, в Депо приема мигрантов, где иммигрантов оформляли в штате Нью-Йорк перед тем, как они начинали новую жизнь в Новом Свете.
С 1820 по 1892 год через первое миграционное учреждение Америки, это многофункциональное бюро, проехало одиннадцать миллионов человек. Это предки сегодняшних сотен миллионов американцев. Здание, которое было переименовано в Касл-Клинтон, все еще стоит возле лодок, которые возят туристов к статуе Свободы и на остров Эллис. Вавилонский шум множества различных языков, на которых здесь сегодня говорят туристы, напоминает те звуки, которые были слышны в Касл-Гарден в 1885 году. На идише слово «кессельгартен» используется, чтобы описать хаотичную ситуацию, когда много людей говорят одновременно.
В день, когда его приняли и оформили, Фридрих Трамп, как и положено, был опрошен представителями власти, и его данные, в том числе фамилия, были внесены в журнал учета. Фамилию аккуратно транскрибировали как Трумпф, хотя сын цирюльника очень скоро откажется от «ф». После того как с документами было покончено, Фридрих предположительно встретился со своей сестрой Кэтрин, которая переехала в Америку до него и вышла замуж за клерка по имени Фридрих Шустер. Она, вероятно, узнала о прибытии корабля SS Eider посредством телеграфа, который уже простирался под водяной толщей Атлантики, и из сообщений о судоходстве на последних страницах газет.
В день, когда причалил лайнер, множество нью-йоркских газет пестрили самыми разными заголовками. The Times старалась подавать новости с налетом респектабельности, но уличные звуки можно было слышать сквозь печатные строчки. Номер, вышедший на следующий день, рекламировал «первоклассный особняк огромных размеров» в Мюррэй-Хилл (Марри-Хилл). Дальше в верхней части города на 57-й улице и на Седьмой авеню находился дом, чей застройщик фальшиво расхваливал его как «самым чудесным образом обставленный и декорированный квартирный дом в Соединенных Штатах».
Царила эпоха крайнего неравенства. До того как придумали подоходный налог, не было особых причин скрывать богатство, и тот самый один процент не скрывал. Корнелиус Вандербильт II жил в самом большом частном доме, когда-либо существовавшем на Манхэттене, — в шато, построенном так, будто он стоит на берегах Луары, а не на Пятой авеню. В нем было 130 комнат, включая курительную залу в мавританском стиле, и он занимал целый квартал на Пятой и 57-й. Сейчас в этом доме находится универмаг Bergdorf Goodman. Это к северу от Трамп-тауэр. Памятник безудержному потреблению наполнялся нескончаемым перечнем вещей, которые Вандербильты покупали просто потому, что могли.
