Ситуация получалась довольно нелепой: всем прекрасно была известна настоящая причина разногласий, однако говорить предпочитали исключительно о мебели.
Спустя ещё два дня родители появились у них дома.
Софья тоже была в квартире. Она предложила гостям чай, выставила печенье и собиралась уйти в другую комнату, чтобы разобрать коробки со свадебными украшениями.
Ирина Павловна проследила за ней глазами.
— Почему это она уходит?
— Чтобы мы могли без лишних эмоций поговорить, — пояснил Артём.
— Пусть остаётся. Это ведь и её вопрос тоже.
Софья остановилась на пороге.
— Могу остаться, если вам так удобнее.
— Оставайся, — кивнула Ирина Павловна.
Софья вернулась к столу.
Несколько минут все сидели молча.
Наконец мать положила руки перед собой.
— Хорошо. Попробуем поговорить спокойно, без скандалов. Внесите Милану в список гостей.
— Нет, — немедленно сказал Артём.
— Ты даже не задумался!
— У меня было несколько месяцев на размышления.
— Соня, а ты тоже не хочешь её видеть?
Софья выдержала взгляд будущей свекрови.
— Не хочу.
— Но почему?
В её голосе звучало настолько неподдельное недоумение, что Софья даже не сразу подобрала ответ.
— После того, что произошло на юбилее Сергея Викторовича, вы действительно спрашиваете почему?
— Милана просто сморозила глупость.
— И далеко не одну.
— Каждый человек иногда может сказать что-то лишнее.
— Безусловно.
— Зачем же из-за этого устраивать настоящую семейную войну?
Софья медленно покачала головой.
— Ирина Павловна, никакой войны мы не ведём. Я не звоню Милане, не приезжаю к ней и не распространяю о ней сплетни среди родственников. Мы всего лишь приняли решение не приглашать её на нашу свадьбу.
— Вы ведь одна семья!
В разговор вступил Артём:
— Мама, принадлежность к семье не даёт человеку права безнаказанно оскорблять других.
— Хорошо, а если Милана попросит прощения?
— Она сама собирается это сделать?
Ирина Павловна посмотрела в сторону.
— Я могу с ней ещё раз поговорить.
— Не нужно.
— Почему же?
— Потому что мне не нужны извинения, которые ты из неё силой вытянешь исключительно ради свадебного приглашения.
Сергей Викторович всё это время почти не произносил ни слова.
Наконец спросил:
— Сколько гостей у вас в итоге?
— Тридцать восемь.
— И вообще никакой возможности договориться?
Артём посмотрел на отца.
— Даже если бы мы арендовали ресторан на триста восемьдесят человек, решение осталось бы прежним.
— Родственники непременно начнут расспрашивать, — вновь заговорила Ирина Павловна. — Вы вообще понимаете, в какое неловкое положение нас ставите?
Софья слегка нахмурилась.
— А почему именно вас?
— Потому что Милана — наша дочь!
— Но ведь мы приняли это решение не из-за вас.
— Другие люди этого не поймут!
Артём невесело улыбнулся.
— Мам, мне кажется, ты сильно переоцениваешь интерес окружающих к нашим семейным делам.
— Тебе легко рассуждать! Это мне потом будут звонить и выяснять, почему дочь отсутствовала на свадьбе собственного брата!
— Можешь объяснить настоящую причину.
— Я не намерена обсуждать наши семейные неприятности с посторонними!
— Значит, скажи, что не желаешь об этом разговаривать.
Ирина Павловна раздражённо отодвинула чашку.
— Ты нарочно изображаешь всё таким простым!
— Нет. Это вы пытаетесь запутать совершенно очевидную ситуацию. Милана целый год распространяет свою версию истории с кредитом. На папином юбилее она оскорбила Софью при всех гостях. Извиняться отказалась. Теперь её не приглашают на нашу свадьбу. Что здесь непонятного?
Мать повернулась к мужу.
Сергей Викторович негромко кашлянул.
— Артём, иногда пойти навстречу вовсе не означает признать поражение.
— Но я ни с кем не воюю и не соревнуюсь.
— Тогда пригласи сестру.
— Нет.
Ирина Павловна выпрямила спину.
По выражению её лица было понятно: наконец пришло время применить самый сильный аргумент, который она намеренно приберегала на конец разговора.
— Ну хорошо. Тогда слушай внимательно. Если Милану не пригласят на свадьбу, мы с отцом тоже не придём.
Наступила абсолютная тишина.
Софья осторожно посмотрела на жениха.
Она знала его достаточно давно, чтобы заметить: сейчас Артём вовсе не собирается выходить из себя.
Совсем наоборот.
Создавалось впечатление, что после долгих бессмысленных обсуждений ему наконец предложили предельно ясные условия.
Он спокойно достал телефон.
Открыл документ с фамилиями приглашённых.
Отыскал две записи.
«Сергей Викторович».
«Ирина Павловна».
Несколько раз прикоснулся к экрану.
— Хорошо.
Мать удивлённо моргнула.
— Что значит «хорошо»?
— Значит, я тебя услышал.
— И что именно ты услышал?
— Что вы не собираетесь приходить.
— И больше тебе нечего сказать?
— А что я должен сказать?
— Артём, ты вообще осознаёшь, о чём мы сейчас разговариваем?
— Прекрасно осознаю.
— Мы — твои собственные родители! И нас не будет на твоей свадьбе!