Нина перестала дышать на несколько мгновений. Сердце застучало так сильно, будто пыталось вырваться из груди. Разве возможно, чтобы где-то на свете у неё действительно оказался близкий родственник?
— Даже не представляю, что сказать… — растерянно прошептала она. — Мне ведь никогда ничего не рассказывали о моём отце. Я совсем его не знала…
— Конечно, понимаю, насколько неожиданно всё это прозвучало, — участливо отозвался собеседник. — Я достаточно обеспеченный человек, поэтому смог привлечь хороших специалистов. Мои адвокаты тщательно проверили архивы и восстановили почти всю цепочку событий. Но нам необходимо подтвердить родство официально. Пожалуйста, приезжайте завтра утром в медицинскую клинику. Там мы сдадим анализы для исследования ДНК и сможем окончательно установить истину. За вами приедет мой водитель.
Нина дала согласие, хотя происходящее казалось ей невероятным сном. Вечером, когда муж и свекровь вернулись домой, девушка ждала их на кухне. Она не привыкла хитрить и скрывать важные события, поэтому сразу рассказала о необычном разговоре по телефону.
Поведение Клавдии Петровны оказалось совершенно неожиданным. Ещё мгновение назад женщина собиралась устроить невестке очередной скандал из-за оставленной в раковине чашки, но, услышав фамилию звонившего, внезапно застыла. Её глаза широко распахнулись, а лицо приобрело изумлённое выражение.
— Постой-ка… Воронов?! — переспросила она изменившимся голосом. — Степан Михайлович Воронов? Неужели тот самый богач, о котором постоянно пишут газеты? Который строительными компаниями владеет? У него ведь целый огромный холдинг!
— Понятия не имею, какими компаниями он руководит, — призналась Нина. — Он только упомянул, что у него достаточно денег и возможностей для поисков.
И тут Клавдию Петровну словно подменили. Её прежняя суровость мгновенно исчезла, уступив место слащавой, неестественно ласковой улыбке. Она так стремительно бросилась к невестке, что Роман едва успел отойти с дороги.
— Ниночка, девочка моя дорогая! — защебетала свекровь. — Ну зачем же ты на таком жёстком и холодном табурете сидишь? Тебе ведь отдыхать положено, ты совсем недавно болела! Ромочка, чего стоишь? Немедленно принеси жене удобное мягкое кресло из моей спальни!
Роман растерянно захлопал глазами, но всё же безропотно поспешил выполнять материнское распоряжение.
— Ох, совсем я, старая глупая женщина, измучилась со своими переживаниями, — продолжала причитать Клавдия Петровна, торопливо распахивая дверцу холодильника. — Ты уж прости меня, Нинулечка, за мою ворчливость. Это всё нервы, понимаешь? Постоянно думаю о вас с Ромочкой, переживаю, чтобы у молодых всё было хорошо, чтобы жили вы в достатке. А вот погляди, какую замечательную говяжью вырезку я сегодня принесла! Только что купила, свеженькая! Сейчас приготовлю тебе наваристый бульон, нежные котлетки на пару сделаю. Тебе после болезни обязательно нужно хорошо питаться! Самые вкусные кусочки теперь твои, родная!
Следующие семь дней превратились для Нины в настоящее представление. Клавдия Петровна буквально не отходила от неё, стараясь предугадать каждое желание. Свекровь запрещала невестке даже ополаскивать собственную ложку, постоянно накладывала ей самые большие и аппетитные порции, ласково заглядывала в глаза и при каждом удобном случае хвалилась перед сыном: «Вот какую замечательную жену я тебе нашла! Настоящая принцесса, не иначе! Скоро, глядишь, переберёмся в просторную квартиру, а Степан Михайлович обязательно устроит своего зятя на хорошую руководящую должность!». Роман самодовольно улыбался, соглашаясь со всеми материнскими фантазиями. Нину передёргивало от столь откровенного притворства. Но она старалась не обращать на это внимания, потому что в её душе жила робкая надежда: вдруг судьба действительно подарит ей родного дедушку?
Спустя десять дней после первого разговора Степан Михайлович наконец снова позвонил.
— Ниночка, заключение экспертизы уже у меня. Приезжай сегодня в офис, пожалуйста. Я буду тебя ждать.
Клавдия Петровна немедленно объявила, что обязательно должна сопровождать невестку, ведь той необходима «моральная поддержка». Роман тоже договорился на работе, чтобы его отпустили пораньше. Вскоре все трое оказались в большом роскошном кабинете на тридцатом этаже современного делового здания. У свекрови буквально захватило дух при виде дорогой мебели, панорамных окон и богатой обстановки.
Навстречу посетителям поднялся Степан Михайлович — высокий пожилой мужчина с благородной сединой и печальными, удивительно добрыми глазами. Он учтиво поздоровался со всеми, однако было заметно, что его мысли заняты лишь одним: запечатанным конвертом с результатами исследования, который лежал перед ним на письменном столе.
— Прошу вас, располагайтесь, — негромко пригласил хозяин кабинета.
