В её изложении Кристина выглядела бессердечной, жадной женщиной, которая ради недвижимости выгнала собственного мужа.
Разумеется, свекровь предпочитала не упоминать, как настойчиво сама требовала раздела квартиры и какое участие принимала в разрушении семьи сына.
Иван некоторое время продолжал звонить бывшей жене.
Однако разговоров о возвращении почти не возникало.
Обычно он интересовался забытыми вещами, уточнял, где лежат какие-нибудь документы, или обсуждал незначительные бытовые вопросы.
Они разговаривали спокойно и вежливо.
Без прежней нежности, но и без открытой враждебности.
Словно оба постепенно осознали, что причиной расставания стал не единственный скандальный вечер, а целая череда уступок, недомолвок и нерешённых проблем.
Кристина осталась жить в своей квартире одна.
Поначалу возвращаться после работы в опустевшие комнаты было непривычно.
Она открывала дверь, включала свет и иногда машинально прислушивалась, не раздадутся ли из кухни знакомые шаги.
Потом вспоминала, что ждать больше некого.
Одиночество не было невыносимым, но и назвать его спокойствием пока не получалось.
Это оказалось особенным состоянием, к которому нужно было постепенно привыкать.
Кристина продолжала работать, встречалась с друзьями, занималась домашними делами и понемногу обустраивала жизнь заново.
Иногда её взгляд останавливался на сейфе, стоявшем в углу комнаты.
Тогда в памяти вновь возникал тот вечер.
Разложенные на столе документы.
Растерянное, побледневшее лицо Ларисы Павловны.
Возмущённые голоса родственников.
И Иван, который сидел напротив, упорно избегая взгляда жены.
В такие моменты Кристина снова задавала себе вопрос, можно ли было поступить иначе.
Но всякий раз приходила к одному ответу.
Она не требовала от мужа невозможного.
Не просила выбирать между ней и матерью.
Не запрещала общаться с родными и не пыталась лишить его чего-либо принадлежащего ему по праву.
Она всего лишь хотела, чтобы человек, с которым связала свою жизнь, уважал её и сумел защитить от несправедливых обвинений.
Иван этого сделать не смог.
Со временем Кристина всё отчётливее понимала, что решение расстаться было для неё единственно правильным.
Но правильный выбор не всегда приносит немедленное счастье.
Иногда после него остаются грусть, сомнения и пустота, которую ещё предстоит заполнить чем-то новым.
И всё же теперь Кристина знала главное: собственные границы необходимо защищать, даже если ради этого приходится отпускать людей, когда-то казавшихся самыми близкими.
А квартира, доставшаяся ей благодаря любви и заботе бабушки, постепенно снова становилась тем, чем и должна была быть с самого начала, — уютным, спокойным домом, в котором никто не имел права заставлять хозяйку чувствовать себя чужой.