Прошло три дня, и я едва держалась на ногах. Томми был слишком мал, чтобы понять, почему его мама не отвечает на звонки, и я изо всех сил старалась, чтобы все было нормально ради него. Но каждый раз, когда я смотрела на него, мое сердце сжималось от беспокойства.
Где была Джейн? Почему она так исчезла? Я вернулся к чемодану, надеясь, что что-то упустил… какую-то подсказку о том, куда она могла поехать. Но все, что я нашел, — это конверт с деньгами, молчаливое напоминание о том, что моя дочь планировала это уже давно.
От этой мысли у меня заболел живот.
В течение нескольких недель я выплакала все глаза, пока вдруг не зазвонил мой телефон, и это был видеозвонок. Сердце подскочило к горлу, когда я увидел на экране имя Джейн. У меня задрожали руки, когда я нажала кнопку «Ответить» и увидела лицо дочери.
«Джейн? Где ты? Ты в порядке?»
На другом конце провода повисла долгая пауза, прежде чем она ответила, выглядя опустошенной и усталой. «Мама, мне так жаль».
«За что? Джейн, что происходит? Где ты?»
«Я в порядке, мама, но я не могу сказать тебе, где я. Я нахожусь на секретном рабочем задании».
«Джейн, ты меня пугаешь. Что происходит?»
«Не волнуйся, мама. Я в безопасности, со мной все в порядке, и я скоро вернусь», — сказала моя дочь, не сумев меня убедить.
«Я тебе не верю. Почему я не могу увидеть тебя как следует?» спросила я.
«Мама! Ты меня напрягаешь! Со мной все в порядке. Пожалуйста, дай трубку Томми, я хочу с ним поговорить».
Я вздохнула, но сделала, как она просила. Чтобы больше не разговаривать со мной, как только она закончила разговор с Томми, она бросила телефон.
Когда я попытался перезвонить, она не взяла трубку, так как номер был отключен! Я сидел, разминая руки, и смотрел на зловещую синюю сумку…
Я всегда скрывала личность отца Томми. Я знала, кто он, но клялась матери, что не знаю. Правда о нем была гораздо мрачнее… Я знала, что он опасный человек.
Я случайно услышал, что он вернулся в город, и понял, что должен действовать быстро. Я не мог допустить, чтобы он узнал о существовании Томми. Если он узнает, я боялась, что он может забрать его, использовать или еще что похуже…
Я запаниковала, собрала вещи Томми и постаралась сделать вид, что это обычный визит к бабушке. Но в этот раз все было по-другому. Я должна была стереть все следы Томми из своего дома. Поэтому я собрала его одежду и игрушки.
Я даже сняла со стен его фотографии и забрала их с собой. Я не собиралась рисковать, если вдруг ко мне заявится Алекс и все разложит по полочкам. Я понимала, что это означает пожертвовать временем, проведенным с сыном в течение нескольких недель, но я не могла рисковать.
Я точно знала, что моя мама обеспечит безопасность моего сына. Но мне было грустно от того, что я не могу сказать ей правду. Как я могла признаться, что все это время лгала? Как я могла признаться, что отец Томми был не какой-то забытой интрижкой, а самой настоящей угрозой для нашей семьи?
Проходили недели, а от Джейн не было никаких вестей. Каждый день я просыпался с ужасом в животе. Я каждый день гадал, будет ли сегодня тот день, когда мне позвонят и скажут, что ее нашли, или, что еще хуже, что с ней что-то случилось.
Я делала все возможное, чтобы поддерживать нормальную жизнь моего внука, но это было трудно. Он каждый день спрашивал о маме, и мне приходилось врать, говоря ему, что она скоро вернется, хотя на самом деле я понятия не имела, вернется ли она вообще…
После нескольких недель, проведенных в страхе и ничего не слыша от Алекса, я наконец решила, что возвращаться безопасно. Мое сердце болело от тоски по сыну, но я знала, что сделала все необходимое, чтобы защитить его.
Когда Джейн приехала, она выглядела измученной, но с облегчением. Когда Томми увидел ее, он с радостным визгом бросился к ней, и на мгновение показалось, что все снова хорошо! Но, наблюдая за ними, я не мог отделаться от ощущения, что это еще не конец.
Джейн построила свою жизнь на секретах и лжи, и теперь они, как тень, преследовали ее повсюду. Когда она наконец подняла чемодан, чтобы уйти, ее руки слегка дрожали, напоминая о той ноше, которую она несла.
Она повернулась ко мне, ее глаза были полны благодарности и печали одновременно.
«Мама, — тихо сказала она, — я никогда не смогу сказать тебе, как много это для меня значит. Но я по-прежнему не могу ничего рассказать тебе о своем задании. Мне очень жаль».
Я кивнула, крепко обняв ее. «Просто пообещай мне, что будешь в безопасности, Джейн. Это все, о чем я прошу».
«Я обещаю», — прошептала она, хотя мы оба знали.
Я беспокоился, что это обещание она может не сдержать.
Когда я смотрел, как она уезжает с Томми, мое сердце болело от любви и страха. Я знал, что она сделала то, что должна была сделать, чтобы защитить своего сына, но я также знал, что предстоящий путь будет долгим и трудным.
Облегчение от того, что она вернулась, было огромным, но секреты, которые Джейн создала, будут преследовать ее вечно. Когда они уезжали, я стоял у двери и шептал молитву о безопасности… оставляя их судьбу в руках Божьих.
