Спустя некоторое время среди постояльцев оказался Никита Михалков. После расставания с первой супругой Анастасией Вертинской он переживал тяжёлый эмоциональный период и попросил разрешения пожить у Никоненко буквально несколько дней. Но кратковременное гостевание неожиданно растянулось на восемь месяцев. Михалков принёс собственный матрас и тёплое одеяло из верблюжьей шерсти. Как рассказывал Сергей Петрович, друг болезненно переносил развод, боялся одиночества и в тот момент особенно нуждался в дружеском участии.
Пристанище в гостеприимной квартире находили и другие известные впоследствии люди. Здесь бывали поэт и сценарист Геннадий Шпаликов, драматург Александр Вампилов, кинорежиссёр Николай Губенко и легендарный футболист Эдуард Стрельцов. По вечерам тесная комната наполнялась оживлёнными разговорами, горячими спорами об искусстве, чтением стихов и дымом недорогих папирос. Иногда друзья устраивали скромные застолья, где главной закуской становились обычные консервы.
Никоненко никогда не требовал объяснять причины чужих неприятностей и не подсчитывал, сколько дней человек пользуется его гостеприимством. Если другу требовалась помощь, двери его дома оставались открытыми.
«Трын-трава»: почему Никоненко отказался от первоначального выбора актрисы ради вдовы Шукшина
В середине 1970-х годов Сергей Никоненко готовился к работе над своей режиссёрской картиной «Трын-трава». На главную женскую роль он первоначально планировал пригласить Светлану Крючкову. Актриса прекрасно подходила для задуманного образа, и, казалось, окончательное решение уже принято.
Однако одна встреча заставила режиссёра полностью пересмотреть свои планы. Он навестил Лидию Федосееву-Шукшину, которая совсем недавно потеряла супруга. После смерти Василия Шукшина актриса осталась с двумя маленькими дочерьми и тяжело переживала утрату. Горе настолько захватило её, что возвращение к привычной жизни казалось практически невозможным.
Сергей Петрович увидел не знаменитую артистку, а измученную страданиями женщину, которой отчаянно требовалась поддержка. Ему пришло в голову, что именно возвращение к съёмкам может помочь ей справиться с душевной болью. Вспомнив завет матери, Никоненко решил действовать немедленно. Он отправился к руководителю «Мосфильма» Николаю Сизову и объяснил, что хочет передать роль Федосеевой-Шукшиной, поскольку работа способна буквально вернуть её к жизни.
Подобная инициатива была рискованной и могла обернуться неприятностями для самого режиссёра. Но Сизов оказался человеком, способным понять человеческую сторону вопроса. Он поддержал предложение и распорядился пригласить актрису на киностудию. Сам Никоненко связался со Светланой Крючковой и откровенно рассказал о причинах изменения планов. Та не стала возражать и признала, что он поступает правильно.
В результате картина получила признание зрителей, а Лидия Федосеева-Шукшина сумела снова погрузиться в любимую профессию. Работа помогла ей хотя бы на время отвлечься от тяжёлых переживаний. Сам же Сергей Никоненко впоследствии был удостоен премии Ленинского комсомола.
«Пришлось ударить режиссёра»: случай на съёмочной площадке, о котором говорили долгие годы
При всей своей отзывчивости Никоненко никогда не был человеком, готовым бесконечно терпеть хамство. Его добродушие легко сменялось решительностью, когда он сталкивался с унижением других людей или откровенной несправедливостью.
Один из наиболее громких конфликтов произошёл во время работы над кинолентой «Земляки». Незадолго до своей смерти Василий Шукшин передал Сергею сценарий и попросил поддержать их общего знакомого, режиссёра Валентина Виноградова. Тот недавно освободился из заключения и надеялся снова занять своё место в кинематографе. Для Шукшина было важно, чтобы его бывший однокурсник получил возможность продолжить профессиональную деятельность.
Однако, оказавшись на съёмочной площадке, Виноградов, по воспоминаниям Никоненко, начал вести себя крайне неприемлемо. Он проявлял навязчивое внимание к актрисе Галине Ненашевой, пытался силой поцеловать её и даже повредил её одежду в присутствии коллег. Подобные выходки срывали рабочий процесс и создавали напряжённую обстановку. Особенно неприятной ситуация была для Владимира Заманского, специально прилетевшего ради одного съёмочного дня: любое промедление означало потерю драгоценного времени.
В какой-то момент Никоненко решил, что разговоры уже ничего не изменят. Он приблизился к режиссёру и нанёс ему резкий удар в область печени, желая немедленно прекратить происходящее.
Впоследствии артист объяснял свою реакцию тем, что человек, допускающий подобное отношение к коллегам, не достоин работать с произведением Василия Шукшина. По словам Никоненко, дело заключалось вовсе не в личной обиде. Для него принципиально важно было защитить униженную актрису, остальных участников съёмок и память близкого товарища, доверившего ему своё творческое наследие.
Три попытки создать семью и женщина, ставшая главной любовью его жизни