Депрессия, постродовая депрессия, тревожность — сегодня эти диагнозы так же страшны, как и много лет назад, но успешно лечатся медикаментами и терапией. В прежние времена женщин, страдающих от этих заболеваний, отправляли в сумасшедший дом. «Бедлам» стало именем нарицательным. Туда же отсылали и просто неугодных родственниц и даже жен, изменивших мужьям.
Анастасия Максимова
Рождение безумия
Полное название сумасшедшего дома, известного сегодня как «Бедлам» — Бетлемская королевская больница. Эта психиатрическая больница в Лондоне стала частью города еще в XIV веке, хотя в те времена пациентов там было всего ничего. Это была первая больница, куда отправляли только пациентов, страдающих психическими заболеваниями.
В 1632 году Бедлам описали так: «Маленькая гостиная, кухня, две кладовки, длинный коридор и 21 комната, где лежат бедные психически нездоровые люди; на втором этаже — 8 комнат для прислуги и бедняков».
К концу XVIII века состояние заведения можно было назвать таким же плачевным, как и состояние пациентов. Доски пола подгнили, с крыши капало… Едва ли такая обстановка способствовала выздоровлению пациентов.
По дороге в ад
Кто мог попасть в Бедлам? Строго говоря, стать пациентом психиатрической клиники в XVIII — XIX веке было очень просто: достаточно было подписи двух врачей, которые подтверждали, что пациентка действительно нуждается в лечении. Это был эффективный способ избавиться от неугодных родственниц или супругов. Женщины, чей социальный статус был ниже, а финансовые возможности меньше, были наиболее уязвимыми жертвами своих мужей и родственников-мужчин.
Диагноз большинства пациенток — «острая мания». Это психическое расстройство, для которого характерно патологически повышенное настроение, ускоренное мышление и чрезмерное стремление к деятельности. Другими диагнозами были депрессия, повышенная тревожность, постродовая депрессия, но бывало, что пациентками Бедлама становились и настоящие убийцы.
Кто мог попасть в Бедлам? Строго говоря, стать пациентом психиатрической клиники в XVIII — XIX веке было очень просто: достаточно было подписи двух врачей, которые подтверждали, что пациентка действительно нуждается в лечении. Это был эффективный способ избавиться от неугодных родственниц или супругов. Женщины, чей социальный статус был ниже, а финансовые возможности меньше, были наиболее уязвимыми жертвами своих мужей и родственников-мужчин.
Диагноз большинства пациенток — «острая мания». Это психическое расстройство, для которого характерно патологически повышенное настроение, ускоренное мышление и чрезмерное стремление к деятельности. Другими диагнозами были депрессия, повышенная тревожность, постродовая депрессия, но бывало, что пациентками Бедлама становились и настоящие убийцы.
Другая пациентка — Элайза Джосолин (Eliza Josolyne), 23 года, была помещена в Бедлам в 1857 году с диагнозом «перенапряжение». На фото она выглядит вымотанной и подавленной, на лице — следы повреждений. Элайза работала домашней прислугой, единственной в огромном доме на 20 комнат. Ей не удавалось поддерживать все комнаты в порядке, особенно в зимние месяцы, когда дом промерзал, и нужно было растапливать камины и зажигать светильники. Что порекомендовал бы психиатр Элайзе сегодня?
Психиатр Наталья Чернобыльская предполагает, что у Элайзы могло быть тревожно-депрессивный статус.
«Скорее всего, ей бы назначили успокоительные и, возможно, лёгкие антидепрессанты. И обязательно — смена обстановки: больничный или отпуск хотя бы на месяц. Если это невозможно, рекомендовали бы госпитализацию, потому что если человек принимает транквилизаторы, но ему по‑прежнему нужно в авральном режиме выполнять тяжёлый труд, эффект будет сомнительный».
В ее личном деле говорилось, что Элайза часто «наносила себе повреждения, стучалась головой о двери и стены, поэтому спать ей приходилось в комнате с мягкими стенами».
Сара Гарднер (Sarah Gardner), 26 лет, тоже прислуга из Лондона, хотела убить себя. Она была раздавлена сплетнями относительно себя и своего нанимателя, так как в то время для одинокой женщины работать на мужчину считалось постыдным, это вызывало много вопросов. Саре потребовалось всего несколько месяцев, чтобы ее признали полностью здоровой.
Эмма Ричес (Emma Riches), 27-летняя мать четверых детей, попала в Бедлам, когда ее младшему ребенку было всего четыре недели отроду. Диагноз — «родильное безумие», в наше время мы бы сказали «постродовая депрессия». Она страдала от этого заболевания после каждых родов и уже попадала в клинику ранее. На фото на ней «укрепленное платье», сшитое таким образом, чтобы его не могли порвать другие пациенты. «Она никогда не говорит и не проявляет интереса к чему-либо… Она даже не будет есть, пока ее не заставят, не одевается и не раздевается самостоятельно».
Неизвестно, как именно лечили Эмму, мы знаем только, что «лекарства были признаны неэффективными». Через год после пребывания в клинике ее депрессия прошла.